Поставил стопку книг на рабочий стол, который перенес из другой комнаты сюда к окну.
— Вот, теперь тебе будет удобнее читать, Вера, — добавил удобный стул, настольную лампу понятной ей конструкции.
— Большое спасибо, Марки, — смущенно пробормотала она, отводя взгляд.
А вот это мне нравится.
Подошел, одной рукой приобнял девушку, быстро чмокнул в щеку и сбежал, пока она снова не разгорелась как фурия и не прибила меня ненароком.
А оно могла, уж поднявшуюся в ней волну возмущения я бы даже без эмпатии и дара чтения заметил бы.
Так, тут Лейла рядом обосновалась. Зайду-ка к ней. Надеюсь, она сегодня одна.
С момента моего посещения библиотеки прошло уже 2 недели. Ну, на земле бы прошло 2 недели. Тут вообще что-то странное с времяисчислением, поэтому я пока пользовалась обычным земными неделями.
За две недели, можно сказать, я начала осваиваться.
Меня даже начали выпускать обедать с Лилит на крышу.
А между завтраком, обедом и ужином я работала.
С лэптопом освоилась быстро, очень похоже на наши ноутбуки обычные, только экраны явно по другой технологии. И привычные сочетания клавиш не работали.
Но это не страшно. Потихоньку осваивала новые для себя технологии, набирала для Марки письма, раскладывала бумаги по нужным папкам, дополняя личные дела. Даже в свое пару листиков вложила.
Но прочитать не успела, у меня быстро папочку забирали.
Эх.
Но вроде жизнь пошла своим чередом.
И скучать по родным я постепенно перестала. Дела отвлекали от тоски. Ну и может мне на мозги давили потихоньку.
Тем более Марки регулярно оказывал какие-то странные знаки внимания. То за руку возьмет, когда это не нужно, то обнимет при телепортации сильнее, чем это нужно, то еще что-то устроит. Лилит только глаза закатывала на это все, но комментарии не отпускала.
И, кажется, за эти две недели он начал мне нравиться… Но я никому об этом не скажу и лишний раз громко об этом думать не буду.
Ладно, хватит мечтать о всяком…
Надо закончить печатать договор. Первый в моей жизни… Благо Лилит образцы принесла.
Но понять смысл я так и не смогла. Хоть и понимала язык, читать могла, даже писать и печатать, смысл некоторых специфических слов был непонятен.
Но сейчас это не важно.
— Марки, — позвала я начальство.
— М? — протянуло начальство, не отрываясь от чего-то интересного в лэптопе своем.
Красивый он… Но так и не нарисовала. А вот того герцога Бунэ по памяти получилось нарисовать. Только портрет пришлось спрятать. Боюсь представить скандал, который устроит Марки, если найдет его.
Марки, Марки… А чего я называю его какими-то марками? Есть же нормальное мужское имя. Марк! И почему мне раньше это в голову не пришло.
Вот и начнем его приучать к нему. Заодно попрошу объяснить смысл слова и проверить договор.
— Марк, — позвала я начальство.
У того дернулось красивое ухо с тонкой кожей, через которую просвечивались голубые венки, сжалась челюсть, но не ответил мне ничего.
— Марк! — позвала громче.
Снова только сжатая челюсть и дергающиеся уши.
Ладно. Не работает кнут, пойдут пряники. Интересно, он любит пряники? Надо у Лилит спросить. А если тут нет пряников, найти рецепт и приготовить!
А пока…
— Маркуся?
Как-то неуверенно получилось.
Но начальник начал смеяться. Нет, он ржал аки конь.
Это я его так, что ли, развеселила?
— У вас все хорошо? — рискнула спросить я, осторожно подходя к мужчине. В такие моменты начинала переходить на вы. Хотя в целом уже давно стали на ты.
Нет, ну вдруг я сломала главного демоняку. Ну, почти главного.
Он кивнул, пытаясь перестать смеяться.
— П-п-прости, — заикаясь просмеял он мне, — я же мысли твои слышу!
И вот тут я вспыхнул. Не от злости. От смущения.
Но злость лучше.
Поэтому сложила руки на груди и гордо вздернув подбородок, потопала обратно на свое рабочее место.
Неожиданно мужчина оказался рядом и прижал мою несчастную голую спину к своей груди. И зачем я только послушала Лилит и купила эту блузку?
— Не дуйся… — тихо шепнули на ухо, а мурашки уже тут как тут, готовы вывесить белый флаг. Из мокрых трусов. Все сразу. — Мне понравилось. Можешь называть так.
— А как именно? — решила уточнить я. На всякий случай. Заодно дыхание пытаясь привести в норму. А то оно вместе с мурашками уже сдается.
— Маркуся, — шепнул он мне прямо на ухо, коснувшись его губами.
Так, у нас тут пожар. У меня ухо явно уже полыхает. Оба. И с ним щеки. Как минимум.
Ладони мужчины на моих руках нежно прошлись от локтей к запястьям. Ой, тушите свет…
— Но лучше Марк, на людях. Но наедине только Маркуся, договорились?
Больше в голосе его не было тех томных ноток, от которых мурашки решили сдаться. Было только веселье и насмешка. Поэтому мурашки обиделись и ушли. Я тоже собралась обидеться, сбрасывая его руки с себя.
Мужчина моментально оказался напротив меня, коварно улыбаясь.
— Ну чего ты, Вера? Просто никто никогда так не коверкал мое имя, — он взял меня за подбородок, а я замерла, как вкопанная. — Но я же сказал, мне нравится. Поэтому буду рад услышать это от тебя еще раз.
— Хорошо… Маркуся, — приняла я игру, широко улыбаясь мужчине.
Он снова хихикнул и чмокнул меня в лоб.
