– Во-первых, сержант, как я вам сказал, я волшебник, и давно знаю об этих лучниках. Я уже отвел угрозу, заколдовав их стрелы, так что теперь они не страшнее помоев. Во-вторых, если я лгу – а именно так вы сейчас думаете, – то вы совершили ошибку, сообщив мне об угрозе и дав таким образом возможность тут же прибегнуть к магии и обезопасить себя.
Лицо сержанта расплылось в улыбке.
– Ух ты, потрясающе! – Он почесал затылок, посмотрел на напарника, потом опять на Зедда. – Вы правы, именно об этом я и думал: что вы можете лгать о том, что знаете о лучниках.
– Вот видите, юноша? Не очень-то вы и сообразительны, как выясняется.
– Вы правы, сударь, не очень. Вот стою я, так увлекшись беседой с вами и так убоявшись вашего могущества и всего такого, что напрочь забыл сказать вам о том, что еще таится в темноте и будет чуток поопасней стрел, смею сказать.
Зедд сердито поглядел на него:
– А теперь смотрите сюда…
– Почему бы вам не спешиться, как я говорю, и не выйти на свет, чтобы я рассмотрел вас получше, и не ответить на некоторые вопросы?
Обреченно вздохнув, Зедд слез с лошади и ободряюще похлопал Паучиху по шее. У Паучихи, гнедой кобылы, по крупу шли черные, похожие на паучьи лапки, тонкие полосы, благодаря которым она и получила свою кличку. Молодая, сильная, умная и добродушная, лошадка была отличным компаньоном. Они с Зеддом на пару через многое прошли.
Зедд вступил в круг света от костра и зажег огонь в ладонях. Солдаты вытаращили глаза. Зедд сердито поглядел на них.
– У меня есть свой огонь, раз уж вам нужно получше меня рассмотреть. Это улучшает ваше зрение, сержант?
– Э-э… Да, сударь! – рявкнул сержант.
– Да уж, действительно улучшает, – произнесла ступившая в круг света женщина. – Почему вы сразу не призвали Хань и не продемонстрировали ваше искусство? – Она махнула рукой во тьму, будто приказывая остальным расслабиться, после чего вежливо улыбнулась. – Добро пожаловать, волшебник.
Зедд отвесил поясной поклон.
– Зеддикус З'ул Зорандер, Волшебник первого ранга, к вашим услугам…
– Сестра Филиппа, волшебник Зорандер. Я помощница аббатисы.
Повинуясь ее жесту, сержант взял из рук Зедда уздечку и повел лошадь прочь. Зедд хлопнул его по спине, показывая, что не в обиде, затем потрепал Паучиху – мол, все в порядке, она может идти с сержантом.
– Обращайтесь с ней как можно лучше, сержант. Паучиха – мой друг.
Сержант отсалютовал, прижав кулак к сердцу.
– С ней будут обращаться как с другом, сударь.
Когда солдат увел Паучиху, Зедд спросил:
– Аббатисы? Которой именно?
Узколицая сестра сложила на груди руки.
– Аббатисы Верны, разумеется.
– Ах да, конечно. Аббатисы Верны.
Сестры Света не знали, что Энн жива. Во всяком случае, была жива, когда Зедд видел ее в последний раз несколько месяцев назад. Энн с помощью путевого дневника сообщила Берне, что жива, но просила ее пока держать это в тайне. Все это время Зедд надеялся, что Энн провернула то, что задумала в лагере Имперского Ордена, и огорчился, узнав, что ничего у нее не вышло. Хорошего это ей не сулило.
Зедд не слишком любил сестер Света – многолетнюю неприязнь не так-то легко забыть, – но начал уважать Энн как женщину решительную и собранную. Впрочем, он по-прежнему весьма скептически относился к некоторым ее убеждениям и целям, хотя и знал, что в конечном итоге у них с Энн много общего. Об остальных сестрах Света он этого сказать не мог.
Выглядела сестра Филиппа как женщина средних лет, но у сестер ведь не поймешь. Возможно, она прожила во Дворце Пророков лишь год, а может – века. Темноглазая, с высокими скулами, она обладала весьма экзотичной внешностью. Двигалась сестра Филиппа, как движутся обычно высокомерные женщины – плыла, словно лебедь.
– Чем могу служить, волшебник Зорандер?
– Сойдет и Зедд. Эта ваша аббатиса не спит еще?
– Не спит. Сюда, Зедд, будьте любезны.
Он проследовал за женщиной, двинувшейся к темным силуэтам палаток.
– Тут есть что-нибудь пожевать?
Она обернулась:
– Так поздно?
– Ну, я довольно долго ехал… И не так уж и поздно еще, а?
Сестра смерила его оценивающим взглядом.
– Я верю, что поздно не бывает никогда, согласно учению Создателя. И выглядите вы отощавшим – от долгого путешествия, не сомневаюсь. – Ее улыбка слегка потеплела. – Еда готова всегда. Наши солдаты ведут и ночные действия, они нуждаются в пище. Полагаю, что смогу для вас что-нибудь найти.
– Было бы весьма любезно с вашей стороны, – радостно прочирикал Зедд, буравя ее спину сердитым взглядом. – Но я не тощий. Я жилистый. Многие женщины находят худощавых мужчин привлекательными.
– Правда? Никогда не знала.
