Вокруг рук кошечки возникло свечение Природы, причем настолько мощное, что многие кровоточащие раны Матвея сразу же стали затягиваться прямо на глазах. Оценив, что все не так просто, я осторожно выудил ноотикой видимые пули, чтобы Настя сразу же залечила раны, а сам поспешил к подвалу.
— Лиза, проверяй, нет ли кого, — попросил я, и покрытая чужой кровью девушка решительно кивнула, кровожадно улыбнувшись.
Хоть небольшое количество вражеской крови помогло унять боль в ее душе. Однако Лиза как-то странно и непонимающе посмотрела на Матвея, будто пыталась что-то вспомнить, но затем отмахнулась, как от наваждения. Марья тем временем проверяла выживших и раздавала указания по умнофону, но на всякий случай я поставил барьеры и прошел в подвал. От количества заклинаний чувствовалась усталость, но тренировки давали о себе знать. Или это адреналин? Кто знает.
В подвале темно. Это даже не подвал, а настоящее бомбоубежище, не меньше, хотя по количеству бочек с вином сложно сказать, чем больше дорожили Пушкины, выпивкой или же возможностью иметь под домом укрытие.
Послышались шаги.
— Петенька! Фыр!
Я бросился навстречу бегущей ко мне Машке, и мы даже столкнулись — не смогли остановиться. Обняв, осторожно гладил девушку по спине, пока она шумно целовала мое лицо.
— Ты не ранена?
— Все хорошо, только устала, — шумно шептала девушка, пока сзади подходили остальные. Золотце, Изумруд, еще много эльфов… Я не знал, сколько их всего, но подвал выглядел теперь весьма тесным, хотя все из-за того, что они собрались здесь всеми сразу.
Ириниэль протиснулась и тоже подошла ко мне, а затем удивленно охнула, когда я обнял и ее. Прижимая к себе девчонок, крепко-крепко, чувствовал, как они вцепились в меня, в мою одежду, словно боялись, что это лишь мираж, и стоит отпустить, как я вдруг испарюсь.
— Я так рада, господин…
Прижавшись ко мне, Ириниэль закрыла глаза и со счастливой улыбкой вздохнула.
— И я. Но нужно удостовериться, девчат. В подвалы точно никто не проник со стороны?
— Мы контролировали видимые направления, но очень уж запутанные тут подвалы, — ответила Ириниэль озадаченно.
— Скоро нужно уходить. Мы не знаем, сколько еще атакующих осталось в живых, скоро придут люди Пушкиных, тогда будет попроще.
— Петр! — услышал я крик снаружи.
Услышать паникующую Синеглазку — не к добру. Предупредив девчонок, чтобы были начеку, выскочил обратно в купальни.
На первый взгляд ничего не изменилось, однако Синеглазка указала на внезапно начавшие шевелиться тела. Что за…
— Синеглазка, сколько лет, сколько зим! — прошепелявил ближайший труп, но как только девушка ударила его так, что голову снесло, начал говорить соседний. — Так ты встречаешь Герцога, да?
Судя по взбесившимся показателям системы… Благословения Гения получили все лежащие рядом трупы, и это их оживило.
Ситуация так себе. И дело даже не в том, что я вымотался за сегодня, поэтому сражение с армией нежити как-то не входило в мои планы. Принцип превращения — вот что удивляло, хотя и было в этом нечто от одержимости. Они тоже находились под воздействием зачарованных артефактов? Вроде бы нет, хотя статуэтка определенно как-то со всем этим связана.
Единственное более или менее разумное решение, которое пришло мне в голову — это влияние напрямую на Пыль, содержащуюся в теле. Упыри поглощали содержащую ману кровь и за счет этого восполняли свои собственные запасы, однако на самих жертв вампиризма это вроде бы не сказывалось. Конечно, статистические исследования проводить было некому, чтобы реально оценить, не упало ли содержимое Пыли в теле, однако с возрастом объем пусть не очень значительно, но увеличивается при любом раскладе. Вырабатывается ли она в телах местных или усваивается из окружающего мира — это уже вопрос иной.
Сейчас же произошло воздействие на уже мертвые клетки — предупреждение было оформлено системой, однако я и сам видел, как возросла яркость и изменилась синхронизация содержащегося в телах вербинита — в трупы влили ману и смогли переконфигурировать на сродство с неизвестной мне школой магии. Думаю, если условно назову ее некромантией, не сильно ошибусь.
Некий Герцог или умел скрываться, или находился слишком далеко, раз его никто не обнаружил. Но вместе с тем он умел напрямую влиять на Пыль — впечатляющая способность. Возможно, что все благословения работали по такому же принципу, значит Гении и Эманации, о которых говорили Матвей и Пушкин, это существа, сумевшие достаточно развить свою чувствительность для влияния на мельчайшие частицы Пыли? Тяжело представить, но все же других идей пока нет.
