— Главное — береги себя, хорошо? — отведя взгляд, Лиза сделала небольшой шажок ко мне, чтобы оказаться совсем рядом.
Пусть она и обладала сверхчеловеческими возможностями, отчего мало переживала насчет своей безопасности, в одном вопросе уверенности Лизе очень недоставало. Я был благодарен ей, поэтому заставить ее чувствовать себя желанной — это меньшее, что я мог.
Крепко обняв за талию, прижал к себе и навязал поцелуй. И хотя Лиза переняла многие навыки из прошлой жизни на уровне инстинктивного применения, целоваться ей не доводилось… Но все же это был настолько благодарный и нежный поцелуй, что прерываться сразу и не хотелось. Лиза ответила мне со всей страстью и ответной благодарностью, ласково касалась моих губ своими, но не рисковала перехватить инициативу. Обнимала меня в ответ, жадно поглаживая по спине и закрыв глаза при этом, будто боялась, что все может вдруг прерваться. Я пошел чуть дальше и позволил себе немного больше, раз уж Лиза для меня наряжалась в короткие платья. Рука скользнула под ткань, коснулась упругих ягодиц, оставляя жаркое тепло словно бы на память. По-свойски и бесцеремонно лапая, не прекращал поцелуй, а Лиза издала тихий томный стон, наверняка подсмотренный в любовных романах, но и без того я чувствовал — ей это было нужно.
Поцелуй прервался, касания пришлось нехотя прекратить. Лиза смотрела на меня с нежностью, чувствовала, что нужна мне. И я видел, как она рада тому, что я принял ее такой.
— До встречи, Лиза.
— До встречи, Петя, — сладко прошептала девушка, коснувшись губ, чтобы еще немного насладиться жаром моего тела, и после этого я ушел.
Поезд отправлялся вечером. Я выкупил целых два двухместных купе, чтобы нам никто не мешал, обошлось почти в семьдесят рублей. На фоне моих финансов немного, но если выбрать варианты попроще, доехать втроем можно и за империал, однако я не хотел, чтобы нас отвлекали и глазели — сразу две представительницы иных рас притягивали довольно много внимания, поскольку в Липецке чудь почти не встречалась. Да и мне как-то спокойнее — в дороге придется спать, а банкноты в трусы зашивать я все же не стал, так что за добром надо следить. Обереги никуда не делись, но ненароком покалечить случайно заглянувшую проводницу мне не хотелось.
— Какое шикарное место! Почти дом, фыр! Ой! — Машка сразу же принялась разглядывать каждый уголок, пока я закидывал сумки под сиденье. — Или маленькая уютная квартирка!
— Похоже на то, — улыбнулся я. — Ириниэль?
— Мне не доводилось перемещаться на подобном виде транспорта, — осторожно заявила эльфийка. — Выглядит уютно.
Еще бы не уютно… Здоровенные не то сиденья, не то сразу кровати, столик, кондиционер, даже отдельная дверь вела к туалету и умывальнику, и в каждом купе так! Еще и душ есть в вагоне. Все осмотрев, я уже начал думать, что переборщил, поскольку соседями по вагону явно будут какие-нибудь дворяне, но обошлось — судя по всему, разные представители купечества тоже любили кататься с комфортом, а для дворян как раз больше подходил уровень Светловых — хотя бы личный вагон со своей отдельной кухней, баром и прочим.
Непривычно покидать губернию, в которой провел столько времени. Даже как-то волнительно… И вдохновляюще! Девчонки вряд ли чувствовали то же самое. Машка просто рада путешествовать, ведь это место стало для нее временным домом лишь из-за трагической случайности, которая вылилась в наше знакомство, да и для Ириниэль похожая история, пусть и растянутая на десятилетия. Но долго тянуть момент не стоило, сразу же нужно…
— Петенька, ты уже проголодался⁈ — ахнула Машка, шелестя хвостом по сидению.
— Это традиция, — заявил я, разворачивая курочку в фольге. — Давайте, налетайте.
— Покидаем дом, вкушая дичь — символ будущей удачи на охоте, — философским тоном выдала Ириниэль, схватив крылышко. — Вкусно.
— А то, сам же готовил, — с гордостью заявил я.
— Уф, сказал бы мне, я бы тоже наготовила! — надув щечки, добавила Машка, но тоже принялась уплетать угощение. — Но ничего! Позже я вас удивлю, фыр!
Поезд из Липецка направлялся в Грязи. За прошедшие годы сложно сказать, что ситуация сильно изменилась, и это даже радовало. Хотя в этот раз я попал сюда в темноте ночи, поэтому огни грузовых аэростатов, снующих вокруг воздушного корабля, напоминали своего рода балет. Красотища… Как и огни на могучем символе мощи Империи. Составы без конца разгружались и загружались, но любоваться долго не пришлось, поскольку мы быстро отправились дальше.
Время уже позднее, поэтому не у всех нашлись силы глазеть в окно. Машка вскоре засопела под мерный стук колес и, обняв хвост, улеглась на постели, а я накрыл ее одеялом и не стал больше беспокоить. Ириниэль вместе со мной молча поглядывала в окошко, и хотя внешне она казалась спокойной, я считал ее восторг и трудно скрываемое любопытство. Темные эльфы видели в темноте куда лучше, чем люди, поэтому я уступил девушке место у окна, а сам уселся рядом и приобнял эльфийку. Впрочем, такие мелочи Ириниэль не волновали.
