В Риме Меценат жил на Эсквилинском холме, в роскошном дворце, окружённом великолепным садом. Самым высоким сооружением этого холма была каменная башня[395], с вершины которой открывался чудесный вид на Рим и Альбанские горы. В садах Мецената, вероятно, росли различные породы деревьев и кустарников, характерные для средиземноморского климата, были установлены великолепные статуи, разбиты прекрасные цветочные клумбы, построены мраморные беседки и изящные тенистые портики. Из садовых построек уцелела лишь так называемая «аудитория Мецената» — небольшое прямоугольное каменное здание для «рецитаций» (устных чтений), заканчивающееся в западной части полукруглой абсидой, где размещаются скамьи в семь рядов. Очевидно, в этой аудитории Меценат слушал новые произведения молодых писателей, искавших его расположения, а также своих друзей-поэтов.
Дворец Мецената был настолько роскошен и огромен, что даже сам Август, когда заболевал, предпочитал отлёживаться у своего друга[396]. К сожалению, неизвестно, как выглядело это здание, поскольку от него ничего не осталось. Скорее всего, его планировка была традиционной для I века до н. э. Дворцы римской знати по сути представляли собой сильно разросшиеся традиционные римские дома того времени. Центром такого дома считался атрий (atrium) — зала с неглубоким бассейном для дождевой воды под проёмом в крыше, которая соединяла все остальные части жилища. В атрии было принято принимать клиентов, гостей и родственников, обсуждать финансовые дела и политические новости. Не менее важным помещением, напрямую соединявшимся с атрием, был таблин (tablinum), который служил кабинетом хозяину дома. По сторонам от таблина симметрично располагались две парадные комнаты — «крылья» (alae), где обычно устраивали родственников или гостей. Здесь же находились в специальных шкафчиках восковые маски предков. Другие комнаты, соединявшиеся с атрием, служили столовыми или кладовыми. Особое помещение отводилось для кухни. Дома часто были двух- или трёхэтажные, но на верхних этажах обычно помещали рабов. Таблин соединялся с перистилем (peristylium) — внутренним двором, окружённым по периметру крытой колоннадой, центр которого занимал небольшой садик с бассейном, фонтанами и статуями. Вокруг колоннады располагались многочисленные комнаты: столовые (triclinium), спальни, ванные, библиотеки, гостиные, залы для бесед (exedra). Дворцы римской знати обильно украшались мраморными плитами и колоннами, бронзовыми и мраморными статуями, фресками и картинами[397].
Для обслуживания огромного дворца был необходим значительный штат рабов-слуг (familia urbana). Возглавлял их обычно домоправитель, которого хозяин выбирал из наиболее преданных ему и послушных рабов. Специальные рабы следили за мебелью, постелью, одеждой, посудой, свитками в библиотеке, ванными комнатами и пр. Обязательно имелся раб-сторож и раб, встречавший гостей и докладывавший о них хозяину. Невозможно было обойтись во дворце без собственных поваров, хлебопёков, кондитеров, а также цирюльников, педагогов и врачей. Специальные рабы прислуживали за обеденным столом, следили за чистотой в доме, сопровождали хозяев на улице, несли носилки, служили посыльными и т. д. Собственный штат рабов имелся и у хозяйки: рабыни, которые причёсывали и укладывали ей волосы, смотрели за её украшениями и нарядами, сопровождали её на прогулках, стирали её бельё; рабыни-няньки, которые заботились о её детях.
Жизнь городских рабов, в отличие от их собратьев, занимавшихся сельским хозяйством в поте лица с раннего утра до позднего вечера, была достаточно привольна. Работа по дому не представляла большой сложности, и порой, выполнив все приказания хозяев, рабы основную часть дня бездельничали, слонялись по дому или даже просто спали. Античный писатель Колумелла так отзывался о городских рабах: «Эта беспечная и сонливая порода, привыкшая к безделью, Марсову полю, цирку, театрам, к азартной игре, харчевням и публичным домам, только и мечтает, что об этих пустяках»[398].
