Луизе Стейси в этой жизни было не на кого рассчитывать. Она рано потеряла родителей, у сестры была своя семья. И девушка решила уехать из Англии в далекую Австралию, чтобы начать там новую жизнь. Вначале ей повезло: Лу нашла хорошую работу и познакомилась с Диком Уорингом. Молодые люди подружились, потом их дружба переросла в более нежные чувства. Однако завистливая коллега сумела так подтасовать факты, что Луиза потеряла и работу, и любимого человека. Но, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло…
Луиза еще не опомнилась после дикой спешки через пихающийся, гуляющий, напористый поток уличного движения Сиднея, после стремительного бега по эстакадам и бесконечным лестницам Центрального вокзала и необратимой просьбы: «Один билет во второй класс до Нандойи, пожалуйста», когда наконец подошла ее очередь к билетной кассе.
Она вообще ничего не чувствовала с того ужасного момента, когда мистер Кларк медленно снял свои старомодные очки, посмотрел на нее с обиженным удивлением в добрых голубых глазах и с обиженным же упреком в голосе произнес:
— Ну, мисс Стейси, я надеюсь, вы понимаете, что у нас нет другого выхода, кроме как немедленно отказаться от ваших услуг. Нашей фирме надо блюсти репутацию, а в свете доказательств, которые мисс Пул обнаружила, делая записи, у нас нет выбора. Так что получите ваши документы, а миссис Берджес выдаст вам зарплату, когда будете уходить.
Тут он увидел немое огорчение, которое Лу не смогла скрыть, и взорвался, почти закричав от раздражения:
— Право, мисс Стейси, я не могу понять, что на вас нашло: подделывать цифры в книге мелких поступлений! Вы же знали, что можете обратиться ко мне, если у вас личные затруднения! Когда мы брали вас на работу, вы сказали, что у вас в Австралии никого нет. До сих пор ваша работа была удовлетворительной — мне казалось, что вы заинтересованы в процветании фирмы. Я даже предложил мистеру Уорингу, чтобы он взял вас в поездку на место строительства, чтобы вы познакомились с местностью на практике, а не только на бумаге. А теперь…
Он замолчал, раздосадованно вздохнув, взял в руки ту самую приходную книгу.
— Пойдемте, мисс Пул.
Мистер Кларк в сердцах толкнул вращающуюся дверь, которая вела из приемной во внутренний кабинет. Анжела Пул пошла следом, но Лу успела заметить злобное торжество в красивых глазах девушки.
Лу и Дик Уоринг остались одни в напряженной тишине. Лу нарушила ее первой, сказав глухим умоляющим голосом:
— Дик, ты ведь не думаешь, что я могла… — Тут она заметила, в какой непреклонной позе он стоит возле картотеки. — Дик, ты должен знать меня лучше и не верить, что я могу сделать такое! Зачем мне рисковать работой и счастьем из-за пустяковой суммы, когда мне так тут нравится, и мы с тобой так друг к другу относимся? Ведь еще на прошлой неделе мы планировали, что начнем копить деньги для будущей совместной жизни? Дик, ведь ты не думаешь, что я начала копить деньги таким образом?..
Она подумала, что перестала чувствовать как раз в тот момент. С какой-то болезненно-ошеломленной отстраненностью она вспомнила отвращение, написанное на лице Дика, брезгливость в его голосе, когда он холодно сказал:
— Нет смысла обсуждать это дальше, Луиза!
Потом он взял со стола кипу чертежей, видом запихнул их в портфель и вышел из комнаты — и из ее жизни.
Каким-то образом Лу пережила последующие полные отчаяния дни, зная, что ей не удастся долго просуществовать на ту жалкую сумму, которую ей удалось скопить. Она понимала, что надежды занять должность, требующую доверия, исчезнут, едва она назовет прежнее место работы — фирму «Кларк, Кроссинг и Пул». Они сказали ей, что вычли из ее последнего жалованья недостающую сумму, а у нее не хватило силы духа протестовать и оправдываться, что она не присваивала этих денег — так сковало ее чувство полной безнадежности.
Ну кто поверит ее слову, а не слову Анжелы Пул, красивой, самоуверенной племянницы младшего компаньона фирмы? Она всегда знала, что Анжела ее невзлюбила, но только когда дружба Лу с Диком Уорингом стала перерастать во что-то более глубокое, сдержанная антипатия этой девицы обернулась открытой враждебностью. Никто не мог представить, как много значили для Лу дружелюбие и внимание Дика, ведь она совсем недавно приехала в Австралию, и небрежная симпатия к ней со стороны ее новых знакомых лишь подчеркивала ее одиночество.
Все были поглощены своими делами: бежали на свидания с друзьями, строили планы на уик-энд — и никогда не включали ее в них, хотя всегда находили время улыбнуться и спросить: «Ну, Лу, как тебе жизнь у антиподов?» или «Есть какие-нибудь новости с той стороны?» Но никто не задерживался, чтобы услышать ее ответ и не приглашал присоединиться к их увлекательным мероприятиям. Наверное, она казалась сдержанной, тихой и чуть бесцветной на фоне этих веселых, самодовольных, жизнелюбивых молодых людей.
У нее действительно не было лишних денег, чтобы тратиться на развлечения, и поэтому она отталкивала возможные приглашения, с которыми могли быть связаны лишние расходы. Ей надо было обеспечить себя в чужой стране, укрепить хрупкую стабильность, сохранить независимость. Надо было писать сестре в Англию жизнерадостные письма, в которых говорилось, что все в порядке: ей ужасно нравится здешняя жизнь, она нашла прекрасную работу, сняла малюсенькую, но уютную квартирку, где расставила свои немногочисленные вещи и устроила «дом», и обрела чудесного друга — Дика.