Его речь напугала мою девочку, я увидел дикий ужас в глазах Нади, она вся сжалась и дрожала, я снова попросил ее жестом, молчать. Меня обуздал сильный гнев, и я собрался выпустить его на своего врага, что оскорбил мою пару и грязно высказался по отношению к ней, я был готов убивать всех и вся, кто посмеет обидеть мою единственную. Но только я встал, собираясь выйти и начистить морду этой падали, как почувствовал прикосновение к руке, опустил взгляд и увидел, как потряхивает мою малышку. Она мотала головой, слезы стекали по ее щекам, она всем видом просила меня не уходить.
Тяжело вздохнув, я сел обратно и сгреб свою испуганную малышку себе на колени, заключая в стальных объятиях, зверь со мной был согласен, сначала я должен успокоить единственную, а после расквитаться с врагом. — Сладкая моя, не бойся ни чего, я ни кому не позволю тебя обидеть, поверь мне, — шептал я, глядя в ее глаза.
Надя неуверенно кивнула и всхлипнула. Не зная как успокоить ее, а опустил взгляд и меня просто снесло от вида таких манящих пухлых губ, Надя облизнулась и я сорвался, такие желанные, сладкие, податливые. Я целовал ее жадно, пил каждый ее выдох, сходил с ума от этой страсти и отдачи с ее стороны, мой зверь ликовал ее отзывчивости.
Боясь не сдержаться, я остановил поцелуй и немного отстранился, заглядывая в затуманенные от страсти глаза моей девочки, но она не давала мне выбора. Сама потянулась к моим губам и я, стараясь сдерживаться изо всех сил, прильнул к сладкому нектару, но уже нежнее, а после все-таки с трудом, но отстранился, отрываясь от такого желанного наваждения. Не сводя глаз, разглядывал губки моей малышки, они припухли от нашего поцелуя и, не удержавшись, я провел по ним пальцем. Надя приоткрыла ротик, и мой зверь подкинул мне картинки, как эти губки смыкаются вокруг моего члена. В паху уже все ныло, обещая разорвать штаны.
Но происходящее наверху охладило мой пыл, я должен был устранить врага, и обеспечить полную безопасность своей малышке. В доме, что-то происходило, сначала грохот, потом стрельба, а после и крики.
— Ну, волчара, ну ты и сука, — рычал мой враг, а после заработал полиграф, и я, подойдя к нему, взял блокнот и стал записывать, сообщение. Закончив принимать сообщение, еще раз перечитал его и ухмыльнулся, отложив блокнот, поймал Надин взгляд, она внимательно смотрела за каждым моим действием. Поняв ее любопытство, я протянул ей блокнот, она имеет право знать, какие наши дальнейшие действия.
Пока мои люди работают, я должен позаботиться о своей паре. Поставив чайник, я решил ментально связаться с парнями, они уже были не так далеко и мы смогли держать ментальную связь. Егор и Дэн уже вместе и едут на базу. Ребята хотели отправиться ко мне, но я запретил, мы еще не знали, что нас ждет на базе. Хоть Глеб и заверил, что территория чиста, на базе посторонних не обнаружено и все работает в обычном режиме, все равно, всегда был риск.
Закончив общение, с ребятами, я посмотрел на свою пару, обращая внимание, что она прислушивается, к происходящему на верху, но сейчас там было тихо, я слышал дыхание трех оборотней, и один из них был ранен, так как дыхание его было булькающее. Нежилец, подумал я и переключил свое внимание на Надю.
— Чай или кофе? — спросил ее, а Малышка видать полностью переключилась на событие вверху, что вздрогнула от моего вопроса.
— Кофе, — прошептала Надя
Забавно было наблюдать за ее реакцией, но она вся зажалась и это нужно исправлять.
— Расслабься все позади, сейчас мы позавтракаем, а после ты поспишь еще немного, хорошо? Еще очень рано, — старался говорить нежно, но убедительно.
— А ты меня не оставишь? — с опаской поглядывая на потолок, сползая с кровати и идя к столу, спросила Надя.
— Если ты хочешь, то я останусь, — ответил я, стараясь не выдать своей радости, что моя пара не желает со мной расставаться. Зверь довольно порыкивал.
— Хочу! Останься! — попросила Надя, с искренней надеждой в глазах.
— Хорошо, садись за стол и пей, — все же улыбнулся я, не сдержавшись. Моя пара нуждалась во мне, и это не могло не радовать.
— А почему мы разговариваем? — спросила Надя.
— Ахах, — не удержался я, — Он и так знает, что мы тут, не вижу смысла играть в молчанку, — пожав плечами, ответил ей.
— Что за овца с тобой, а Никитос? Неужто нормальные самки больше не дают? — раздался ржач Северского.
Меня это взбесило, и я думал уже сорваться и плевать на предупреждения Глеба, я просто хотел начистить харю, этому ублюдку, но Надя коснулась меня и меня снова прошило током от ее прикосновения. Я перехватил другой рукой ее ручку и потянул на себя, подхватив Надю на руки, отнес ее в кровать, уложил, накрыл одеялом и, обняв, прошептал, — поспи еще.
— А ты не уйдешь? — спросила, упрямица, разворачиваясь ко мне лицом.
— Нет, — убирая волосы с ее лица и поцеловав в носик, пообещал ей.
