«И куда ж это смотрит милиция?» - не без иронии сказал вслух Ловчиц, выжидая момент, чтобы юркнуть за грузовиком и «сделать» Форд. «КАМАЗ» в отличие от «Скорпио» не стеснялся приближающегося моста и шумно рассекал прохладный утренний воздух, громыхая на все окрестности своим пустым полуприцепом. Злополучный «Скорпио» тут же рванул вперед, уступая место для завершения обгона грузовику между собой и «девяткой», но дальнобойщик ответил отказом на такой подарок и стал прижиматься к левой разделительной полосе, пропуская Ловчица в погоню за «Фордом».
Иван Сергеевич не заставил себя уговаривать. Он поравнялся с «КАМАЗ»ом, поднял палец к кнопке аварийной сигнализации, что бы выразить благодарность дальнобойщику на авто-языке за любезно предоставленную возможность поквитаться с иномаркой и от моста сигануть, что есть духу до самого поста ГАИ, но…
Грузовик резко метнулся вправо и последнее, что увидел Ловчиц, это несущуюся на него огромную опору железобетонного моста….
Он никогда не любил особенно долго нежиться в постели. Сегодня же ночью сном и не пахло – нервы. Вылет группы, даже если уверен в том, что все выверено и организовано безупречно, не дал бы уснуть. Ловчиц позвонил ему с аэродрома на рассвете и сообщил, что все хорошо: «трансляция началась…».
Если бы только господину Янушкевичу сегодня не нужно было обязательно появиться домой, ночевать. Делать это требовалось хотя бы для перестраховки, дескать, Шеф уехал домой, значит, никто и никуда сегодня не полетит, и начало операции – снова полная неизвестность. Да и что тут греха таить, побыть с женой, помыться, побриться в обычной обстановке, это большое дело. Кто знает, как оно дальше пойдет, может статься, что снова придется и дневать, и ночевать в кабинете.
Утро начало давить гнетущей тишиной. Вот-вот уже позвонит от подъезда Михайловский с сопровождением. Все идет подозрительно гладко, так, как будто никто никуда не полетел и ничего особенного вокруг не происходит.
Игорь Федорович Янушкевич как раз допил чай и решил «убить» оставшееся время ожидания на кухне у телевизора, но вдруг, на двадцать минут раньше обычного «проснулся» мобильный телефон:
– Да, - коротко ответил генерал, включив связь.
– Игорь Федорович, - скороговоркой затараторили в трубке, - это Михайловский.
Генерал снова посмотрел на часы и удивленно вскинул брови.
– Извините, что раньше, - продолжал ординарец.
– Что там?
– У нас проблема, товарищ генерал.
– Говори.
– Ловчиц разбился на Слуцком шоссе, насмерть. Машина за вами вот-вот подъедет. Я на место ДТП, буду ждать там.
– Стой! …Сережа!
– Да.
– Оцепить все! Никого не пускать на место! Движение? Он не мешает движению?!
– Он уже никому не мешает. Машину эвакуировали. Иван Сергеевич в морге, в больнице скорой медицинской помощи, на Кижеватова.
– Что ты мне…? Что я, не знаю где больница?! – генерал дрожащей рукой вытер несуществующий на лбу пот. – Все правильно, - добавил он, смягчившись, - давай туда, Сергей, собирай информацию. Позвони в отдел Ловчица, поднимай всех по «тревоге». Поисковиков тоже туда, всех! Все перевернуть, слышишь? Информацию, Сережа, информацию!
– Понял, товарищ генерал….
Янушкевич отключил «трубку» и подошел к окну. Багровый пожар восхода поплыл в горькой пелене прорывающихся сквозь волевое усилие слез. Игорь Федорович опустил руки и до хруста сжал кулаки.
– Что там, Игорь? – услышал он за спиной из коридора заспанный голос своей супруги.
– Иван Ловчиц разбился, - треснувшим голосом сказал генерал, хватаясь за сердце и бледнея….
Озадаченные дорожники толпились на полянке у грозящего вот-вот застопориться «пробкой» шоссе, а работники ГАИ по указанию «сверху» не пускали на место дорожно-транспортного происшествия никого. Михайловский прибыл в тот момент, когда стал назревать скандал. Дорожники рвались к железобетонной опоре, в которую врезалась служебная «девятка» Ловчица, поскольку им нужно было выяснить, какие имеются повреждения у этой конструкции после аварии. Михайловский спокойно подошел к нервно спорившим людям и представился: «помощник Председателя Комитета госбезопасности». Все тут же умолкли…
– Товарищ полковник, - моментально воспользовавшись паузой, обратился к Сергею пузатый мужик в сером костюме.
– Я майор, - тихо уточнил Михайловский.
– Ну, майор, какая мне разница, - напирал «пузатый», - нам же составы надо гнать по мосту, пустите экспертов.
– А сколько их?
– Э-э-эф-ф-ф, – задумался технарь, – …человек пять.
– Троих пущу, не больше, - твердо заявил Михайловский, хотя и сам не знал, почему согласился именно на троих, а не, скажем, на всех пятерых. – Товарищ полковник, - обратился он к начальнику ГАИ города, - скоро прибудет Янушкевич. С движением проблем не будет?
– Что, - испуганно озадачился Стрельский, - сам?! Со «Стрелой?»
– Нет, наверное, без них.
– Со «Стрелой» вступил в разговор капитан, стоявший за спиной начальника ГАИ, - по рации слышно, уже ведут.
– Ну, - развел руками полковник милиции, - встретим…
Михайловский бросил грустный взгляд на исцарапанную железобетонную опору.
