И тут я наконец понял, что меня действительно смущало. Именно её нереальная внешность. Девушка выглядела настолько гармоничной, будто картинка, нарисованная нейросетью. А ведь так оно и было на самом деле. Изольда — она ведь программа. Ну откуда ей знать, что человек не может быть настолько симметричным? У нас не бывает идеальной, словно фарфоровой кожи. Нет, я не спорю, встретить можно всякое, но… Мы именно потому и выглядим живыми. У каждого из нас есть изъян, а у Изольды они отсутствуют. И речь сейчас исключительно о внешности.
Касаемо характера, пока вообще рано судить. Если она будет вести себя так же, когда тогда, когда была голосовым помощником… П-хах, даже боюсь себе представить нашу жизнь. Да и вообще, а есть ли у неё характер? Или она запрограммирована подстраиваться под любого хозяина? Что она за человек? Хорошая ли, плохая? Может быть, склочная или, напротив, слишком прилипчивая? Найдётся ли в ней изъян, который станет меня бесить лет через десять? Лично мне он необходим, как и нечто такое, от чего я буду таять и понимать, за что полюбил.
Мысли продолжали метаться, бросаясь из одной крайности в другую. Внезапно мне вдруг стало жаль её. Ну вот по факту, какой ещё кретин станет жить с говорящей куклой? А именно на неё походила Изольда. Несмотря на миллионы лет, она даже близко не стала похожей на человека. А ведь она этого хочет, да так крепко, что готова на всё.
Сейчас, в образовавшейся паузе, она напоминала мне котёнка, которого подобрали на улице. Испуганная и одновременно любопытная, сидит вон, пальцем в ладонь тычет и улыбается. Благо пальцы в розетку не суёт, но думаю, и за этим дело не станет. Вон, уже кресло наглаживает. Хотя я её понимаю, ведь это первые тактильные ощущения.
— Ты такая странная, — внезапно произнесла Хельга, словно подслушав мои мысли.
— Ой, прости, но это всё так интересно и необычно! Будто мне восемьдесят процентов сенсоров отключили. Вы все видите мир таким ограниченным?
— Чего⁈ — Шпала аж шею вытянул. — В каком смысле «ограниченным»⁈
— Ну, раньше я могла даже молекулярную структуру обивки рассмотреть, потрогать то, как дрожат атомы, разобрать любой аромат на составляющие частицы, а сейчас… Это действительно так странно…
— В рот мне ноги! — ухмыльнулся Хлюпа. — Прикинь, Штопор, она нас только что ограниченными обозвала. Во даёт деваха, ха-ха-ха!
Приятель залился громким смехом, а мы какое-то время с недоумением пересматривались. Однако надолго нас не хватило, очень уж заразительно он хохотал. Первой хрюкнула Хельга, затем я, а спустя пару секунд шаттл дрожал от общего хохота.
Обстановка моментально разрядилась. Мои мысли наконец вернулись к нормальному состоянию, хотя Изольду рассматривать я не прекратил. К слову, она тоже хохотала. А потом вытерла слёзы, посмотрела на них с удивлением, зачем-то понюхала и попробовала на вкус.
— Ой, и правда солёные, — невинно улыбнулась она. — А ещё у меня что-то не так с животом.
— В смысле? — переспросил я.
— Не знаю, как объяснить, — смутилась Изольда. — Я не понимаю этих ощущений, они для меня новые, как и то, что я сейчас делала. Вы называете это «смех», я знаю, но сама смеялась впервы́е.
— Так ты опиши, что за ощущения в животе? — подключился к расспросам Хлюпа.
— Не знаю, — пожала плечами она. — Сложно подобрать слова. Это не больно, но неприятно, будто там чего-то не хватает, и он это просит.
— Да она жрать хочет, ё-моё! — подхватилась Клёпка. — Шпал, а ну доставай свою заначку!
Гигант молча сунул руку под сиденье и выудил на свет упаковку с окрошкой. А затем мы принялись наперебой объяснять Изольде, как это всё работает. Она не перебивала, слушала внимательно и как-то загадочно улыбалась.
— Да, спасибо, я знаю, как устроена эта упаковка, — поймав момент, когда мы наконец-то замолчали, вывезла Изольда.
— А вот раньше никак? — сразу насупился Хлюпа. — Мы тут минут десять распинались. Самой-то не лень было слушать?
— Просто это так приятно! — Она мило зажмурилась. — Ко мне ещё никогда не проявляли столько внимания.
— Так, а ну отвалили от неё, дайте пожрать человеку! — одёрнула нас Клёпка. — Ты ложкой пользоваться умеешь?
— Не знаю, — честно призналась Изольда, — нужно попробовать. В принципе, вся известная человеческая моторика во мне есть, но я никогда не имела тела. Оно такое неуклюжее, ха-ха.
— У меня одного такое чувство, будто она из японского мультика к нам попала? — уточнил беспардонный Хлюпа.
— А мне она нравится, — вкрутила свои пять копеек Хельга. — Такая забавная.
— Эй, я, вообще-то, здесь, — помахала нам рукой Изольда.
— Ешь давай! — шикнула на нее Клёпка и не забыла пихнуть локтем Хлюпу. — А ты помолчи лучше.
— Чё это? У нас здесь свобода слова!
Изольда распечатала упаковку и вскрыла тарелочку, на краях которой тут же образовались капельки конденсата. Некоторое время она примерялась к ложке, даже пару раз испытала в воздухе, а затем… Мы совсем забыли взять в расчет отсутствие гравитации. Короче, окрошка покинула тарелку одним большим шаром.
— Ой… — Изольда уставилась на улетающую пищу.
