Вся команда сохраняет странное спокойствие. Эта короткометражка ужасов уже давно заняла место в их снах, и вот наконец она происходит в реальности. От неверия они эффективны. Начинают действовать, помогают раненым, проверяют повреждения. Тонкие полосы грязного черного дыма сочатся из двух двигателей, оба по правому борту, что не очень хорошо. Через минуту полосы превращаются в клубы дыма. Страуб разворачивает самолет с диким креном, назад, к Таиланду и спасению. Надо пролететь всего-то пару сотен километров. «Геркулес» может вытянуть даже с одним двигателем.
А потом они начинают снижаться, как утка, приземляющаяся на озеро. Языки дыма пробиваются из грузового отсека. Слово вырывается изо рта Павличека, прежде чем он понимает, что оно значит: «Пожар!» На самолете, забитом топливом и боеприпасами. Дуглас пробивается к хвосту через распространяющееся пламя. Надо выбросить паллеты, прежде чем те загорятся. Он, Ливайн и Брэгг сражаются с креплениями и пазами. Текущий воздухопровод, разорванный во время взрыва, льет на него плавящий пар. Жар обжигает левую сторону лица. Но он даже не чувствует этого. Пока.
Им удается сбросить весь груз. Одна из паллет взрывается по пути. Эта хрень детонирует практически в воздухе. И Павличек тоже летит к земле, как крылатое семечко.
ВНИЗУ ТРЕМЯ ВЕКАМИ РАНЕЕ покрытая пыльцой оса заползает в дырочку на конце инжира и откладывает яйца прямо на скрученный сад цветов, спрятанный внутри. У каждого из семисот пятидесяти видов фикуса есть своя уникальная оса, созданная для опыления. И эта конкретная нашла тот самый вид своей судьбы. Основательница отложила яйца и умерла. Оплодотворенный ею фрукт стал ее могилой.
Вылупившись, паразитические личинки стали питаться внутренностями соцветия. Но они вовремя остановились, не убивая кормящую руку. Самцы совокупились со своими сестрами, потом умерли внутри своей роскошной сладкой тюрьмы. Самки вылезли из нее и улетели, покрытые пыльцой, чтобы продолжить бесконечную игру где-то еще. Из оставленного ими инжира проклевывается красное зернышко — меньше, чем веснушки на кончике носа Дугласа Павличека. Его съедает соловей. Зернышко проходит через кишки птицы и в капле помета падает с неба в изгиб другого дерева, а солнце и дождь проносят пробившийся побег мимо миллиона самых разных смертей. Он растет; его корни скользят вниз, постепенно поглощая хозяина. Проходят десятилетия. Века. Война на спинах слонов уступает место приземлениям на луну и водородным бомбам.
Ствол фикуса выпускает ветки, на ветках появляются листья. От веток побольше отходят отростки, спускаются до земли и получаются новые стволы. Со временем центральный стебель превращается в древостой. Фикус распространяется дальше, становится овальной рощей с тремя сотнями основных стволов и двумя сотнями малых. И тем не менее все это по-прежнему один фикус. Баньян.
СТАРШИЙ ПО ПОГРУЗКЕ ПАВЛИЧЕК летит брюхом вниз в голубом, кристально чистом воздухе. Свист в ушах его ошеломляет. Катастрофа парит где-то над головой, и там уже ничего решать не надо. Дуглас хочет лишь простить мир, забыть и падать. Ветер тащит его, куда захочет, в провинцию Накхон Ратчасима. Когда земля уже несется навстречу, готовая встретить, Дуглас оживает, раскрывает парашют. Пытается подлететь ближе к рисовой плантации, там, где вода и зеленые пучки. Но клеванты запутываются, он промахивается, начинает дергаться, и от этого на последней сотне футов пистолет в кобуре на бедре стреляет. Пуля входит в ногу над коленом, дробит большеберцовую кость и вырывается через каблук армейского ботинка. Крик пронзает воздух, а тело падает в ветви баньяна, этот лес из одного дерева, который рос три сотни лет, чтобы сейчас прервать полет Дугласа.
Ветви рассекают летную форму. Парашют саваном спутывает тело. Из-за рваных ран и ожогов, пулевого отверстия и раздробленной ноги Дуглас теряет сознание. Он висит в двадцати футах над землей на дружественной территории, лицом вниз, раскинув руки в объятиях священного дерева, размером больше некоторых деревень.
Сонгтхэу[17] с паломниками приезжает, чтобы почтить божественный баньян. Они идут через колоннаду воздушных ходульных корней к центральному стволу, который спустился вокруг приемного родителя и задушил его столетия назад. В этом извилистом кряже установлено святилище, покрытое цветами, бусами, колокольчиками, текстами молитв, статуэтками из корней и священными нитями. Посетители торжественно идут к алтарю через запутанную перголу раскинувшихся ветвей, распевая на пали. В их руках палочки благовоний, складывающиеся коробочки для завтраков с
Они подходят к святилищу. Добавляют гирлянды к радуге подношений, паутиной висящих на ветвях. А потом небо падает, и ракета врезается в листву над ними. Благовонные палочки, гирлянды и коробочки для завтраков разлетаются от столкновения. От шока двое паломников падают на землю.
