При всем ее упрямстве это было реально круто, что она вот так взяла и первой протянула оливковую ветвь. Надо было написать ей что-нибудь типа:
Закажу фиш-энд-чипс.
Выберешь фильм?
Да только ни одно из верхнемирских видений не сопровождалось временной меткой – хрен его знает, где я буду в восемь часов. Что еще того хуже, Надья впереди уже почти скрылась из виду. Учитывая все, что я сегодня видел и
Чтобы догнать эти голенастые ноги, мне пришлось перейти с легкой рыси на неуклюжий спринт и обогнуть еще одну группу народа из нашей школы. Надья уже сворачивала в боковую улочку.
– Ты кто и чего тебе от меня надо? – повелительно рявкнула она, не глядя на меня и не сбавляя шага.
– Это я, Эссо.
– Господи, Э! – она зашлась смехом, мигом растопившим всякую неловкость. – Я думала, это сталкер какой-то меня преследует.
– Ну, я типа хотел еще раз поздороваться, все дела. Мы вроде как не договорили за обедом. Э-э-э… чего типа скажешь?
– Серьезно? – она опустила глаза на мои костяшки и ахнула, увидав кровавые пятна на бинтах. – Я слышала про драку. Ты в порядке?
По ощущению оно было гораздо хуже, чем с виду, но я все равно ухмыльнулся и ответил:
– Ты бы на противника посмотрела.
– Думаешь, ты теперь ужасно крутой, – она покачала головой, подтянула потуже лямки рюкзака, плотнее прикрывая спину, и через несколько шагов сошла с тротуара на дорогу, словно желая придать весу своим словам. – Но ты должен быть очень осторожен, Э. Сам говорил: Ди и ребята из С. П. Д. дел на полпути не бросают.
У меня в животе сгустился холодный ком.
Она была права. Самым умным ходом с моей стороны был бы купить мир с Ди своим унижением. Остаться на полу после его тумака, стерпеть нескончаемые смешки и указующие пальцы, прилагавшиеся к поражению. Но все это полюбас уже в прошлом.
– Если я вернусь после каникул и кого-то из вас не увижу, то сильно расстроюсь, – сказала она.
– С каких это пор ты так обо мне беспокоишься? – кинул я, молясь, чтобы она заглотила наживку.
– Обоим вам нужно просто остаться в живых, – отбрила она.
Надья была совершенно серьезна. Я поддал ногой камешек, сам думая о том же. Нет, я точно не хотел, чтобы кто-то умирал, и Ди, возможно, тоже. Война совсем не такая гламурная, какой кажется в фильмах и песнях. Правда ранит, а полная правда мучительна. Спарк когда-то хвастался мне, как замочил первого чувака – то есть реально замочил, совсем. Хвастаться-то он хвастался, а сам за закрытыми дверями не мог ни спать, ни есть и неделями не выходил из дома.
Надья вытянула шею и заглянула мне в лицо.
– Ты меня вообще слушаешь?
– Знаешь же, что да. У меня просто столько мыслей в голове, которые надо додумать. Ты себе не представляешь сколько.
– Э, ты меня временами просто вымораживаешь, ты в курсе? Я тебе уже столько про себя рассказала. И всякого неловкого, между прочим, тоже.
Я молчал и глядел на машины. Не мог же я просто взять и рассказать ей про свои видения… – особенно про то, в столовой, с пулей. Мало того, что она задумается, насколько часто я о ней мечтаю, так наверняка еще просто назовет психом и свалит. Тут уж к гадалке не ходи.
– Думаешь, еще кто-то в школе
– Нет, не думаю.
– Вот именно. А ты –
– Надья, это все реально не важно.
– А я думаю, важно. Иначе ты не ушел бы в эти мысли так надолго.
И она выжидательно уставилась на мои губы.
Вообще-то она была права, и уже не в первый раз. Глубоко внутри меня и правда распирало во всем признаться. Я хотел, чтобы она знала и понимала обо мне все. Но еще глубже я хотел, чтобы она все из меня вытащила, сама, по кусочку. Като я вывалил всю информацию слишком легко, и поглядите, как оно все обернулось. Надья, в отличие от него, не сволочь, но если в итоге она поведет себя так же, я хотя бы буду знать, что был осторожен.
– Обещаешь, что не станешь смеяться надо мной или фотографировать?
– Эссо, ты же понимаешь, что этого я обещать не могу, – коварная улыбка расцвела на ее физиономии. – Зато могу обещать, что все останется строго между нами.
– Ну хорошо. – О’кей, я, по крайней, мере, поборолся. – Значит, так. Сегодня утром я попал под машину.
На этом я вообще-то и собирался остановиться, но одна эта фраза уже сняла такой вес у меня с плеч, что я не смог противиться желанию вывалить наконец все.
– И с тех пор я вижу случайные проблески будущего.
После долгой паузы она покачала головой.
– Ты иногда такой придурок, Э.
Я остановился как вкопанный, вытащил из штанов рубашку и показал обесцвеченную шишку на боку.
