Алан услышал в наступившей тишине жужжание телевизионных камер.
Он улыбнулся.
- Мистер Меллори, Конвент окажется в руках ответственных людей, желающих сохранить конституцию не меньше, чем вы. Я уверен, что они выполнят свой долг к вашему удовлетворению. И если они подвергнут пересмотру наш основной закон... то мы должны помнить, что наша уважаемая конституция - это не Священное писание, что никакой Конвент не в силах изменить понятие первородного греха.
Пресс-конференция завершилась негромким смехом. Сойдя с кафедры и направившись к двери, Алан Кардуэл понял, что смех обеспечил ему слишком легкий уход от вопросов Элиота Меллори.
Присутствие в списке Майера Осборна потрясло Стивена. Ему было легче подозревать Кардуэлов. Юриспруденция с присущим ей стремлением взвешивать аргументы обеих сторон казалась неподходящей тренировочной площадкой для конспираторов.
Однако, направляясь в офис Осборна, Шейллера и Бернса, Стивен чувствовал, что его интуитивные догадки перерастают в ясное подозрение: последние события, происшедшие с ним на работе, были неслучайными.
Девушка из приемной держалась дружелюбно. Она позвонила в кабинет Майера Осборна и сказала, что его хочет видеть мистер Гиффорд. Затем она отключила переговорное устройство.
- Извините. Мистер Осборн занят.
- Я подожду.
Майер Осборн был весьма педантичен в вопросах вежливости; Стивен думал, что он выйдет через несколько минут. Но ожидание затянулось на час, приближалось время ленча. В полдень вышла Норма, личная секретарша Майера.
- Сожалею, что вам пришлось ждать, мистер Гиффорд. Но у Майера Осборна совещание. Боюсь, вы не сможете увидеть его сегодня.
Ее тон был подчеркнуто холодным. Он ничем не обидел её, поэтому было ясно, что она лишь передает отношение своего шефа.
- Я должен поговорить с ним. Это важно.
- У него очень плотное расписание. Почему бы вам не позвонить позже, во вторую половину дня?
- Около половины четвертого?
- Лучше в четыре.
Он позвонил ровно в четыре; голос Нормы прозвучал ещё более холодно.
- Мистер Осборн уехал полчаса тому назад в аэропорт. На этой неделе он участвует в совещании адвокатской коллегии в Чикаго. Он вернется не раньше понедельника.
- Вы сказали ему, что это очень важно?
- Я передала ваше сообщение.
- Скажите мистеру Осборну, что я позвоню ему в понедельник. И буду звонить до тех пор, пока не увижу его.
Он вышел из аптечной телефонной будки, думая: надеюсь, Алану повезет больше, чем мне.
- Добро пожаловать домой, мистер Алан.
Миновав ворота, автомобиль покатился по безупречно гладкой дороге мимо огромных деревьев, широких лужаек, обвитых плющом садовых беседок и теннисных кортов. Алана изумляло то, что, несмотря на колоссальные размеры поместья, здесь уделяли внимание мелочам: дорога всегда находилась в идеальном состоянии, газоны регулярно стриглись, на деревьях не было следов болезни. Из-за поворота появились длинные мраморные ступени, на одной из которых стоял Мокни.
- Приятно снова увидеть вас, сэр, - дрожащим голосом произнес Мокни. - Ваш дедушка спит. Он выйдет через час.
- Мой дядя здесь?
- О, да, сэр. Он на поле для гольфа.
Подойдя к полю, он увидел плотную фигуру в клетчатых спортивных штанах и белой водолазке. Кларенс находился возле первой метки, возле него стояла корзинка с мячами; он посылал их в зеленую даль с бесстрастной, механической решимостью. Мячи останавливались в двадцати - тридцати ярдах от лунки.
- О, привет.
Кларенс перестал размахивать клюшкой и кивнул.
- Я не знал, что ты приедешь.
- Я приехал, потому что хотел поговорить с тобой, - сказал Алан. Как прошел последний уикэнд, дядя?
- Хм?
Внимание Кларенса было сосредоточено на мяче; он начал пробный замах.
- Ты хорошо провел время на ранчо кузена Генри?
Кларенс остановил клюшку.
- О, - сказал он, - это был славный уикэнд. Я всегда получаю удовольствие от встреч с Генри.
- А с другими людьми?
- Какими другими?
- Я знаю о совещании, проходившем на ранчо Генри. Список приглашенных весьма необычен.
Кларенс коснулся клюшкой мяча, и он откатился на несколько дюймов от метки.
- Ты приехал поговорить об этом?
- Я не мог понять, что ты делаешь там с такими людьми, как Кенни, Харгис и Папаньо.
- Все очень просто. Нас пригласил Генри.
- Зачем?
- Вероятно, это стало бы тебе понятней, если бы ты был ближе к семейному бизнесу. В нынешней ситуации...
Старая тема. Дядя Кларенс никогда не скрывал своего разочарования по поводу того, что Алан решил не идти в бизнес. Для дяди Кларенса бизнес был его идеологией, а все остальное - ересью. Когда Алан уехал воевать во Вьетнам, дядя осудил его шаг: "Такие люди, как мы, не участвуют в войнах. Они затеваются ради нас."
- Многие гости не занимаются бизнесом. Там были политики, государственные чиновники.
Кларенс посмотрел на свои руки, сжимавшие клюшку, и слегка передвинул пальцы.
- К сожалению, в наше время нельзя ничего сделать без связей в этих сферах.
- А боссы Синдиката?
Кларенс разжал пальцы, державшие клюшку.
- Как политик ты должен понимать, что иногда приходится вступать в контакт с людьми, которые тебе не нравятся.
- С преступниками?
