– А всесильны ли в таких случаях даже святые? Вот раз уж мы вспоминаем историю… Первая мировая началась 1 августа 1914 года: в год 600-летия Сергия Радонежского и в день прославления Серафима Саровского. Да, представь, год св. Сергия – день св. Серафима! То есть двое величайших русских святых – уж больше их просто никого нет! – всеми своими небесными молитвами никак не смогли отвратить то, чему, видимо, должно было свершиться… И наверное, вовсе не потому, что милосердия у Бога не хватило или они там на небесах как-то плохо защищали Россию – нет, просто свободу воли людей не ограничивает даже сам Бог: если уж была у миллионов эта "воля к войне", то… насильно же никого не спасёшь! Я знаю в жизни одно: людям плохо быть гордыми. Людям плохо, например, быть слишком большими "патриотами" – то есть шовинистами. Россия и сейчас тяжело больна гордыней и за это страдает. В стране "патриотизм" – как грипп… Господь как-то проветривает помещение! Кровь идёт к крови. Аварии – к войнам. То, что происходит сейчас с Россией и Украиной – то, как нас колбасит – это расплата за национальную гордыню! А то она у нас опять стала гипертрофированной за последние годы. А наша авария? Знаешь… Как будто ма-аленькая красная брызга от той огромной украинской бойни отлетела сюда, далеко-далеко, и капнула на карту. Почти никто вокруг её, такую крохотную, заурядную, не заметил на общем фоне – только мы на своей шкуре… заметили! Зло маленькое всегда как-то связано с большим. Аварии и стихии – с враждой людей. Духовные причины нам видеть не дано… Может, это просто такая весточка – открытка недоброй памяти14-го года – поздравление всех с самым худшим столетним юбилеем, какой только может быть. С войной, в которой ведь все на свете были – патриоты своих стран! и все-то на самом деле – служили лишь пешками того, кто не к ночи будь помянут. Бывает, люди, сами не сознавая, очень хотят крови… и тогда она приходит! Как говорил Клайв Льюис: "Любовь к своей стране становится бесом, когда становится богом! Когда патриотизм превращается в беса, он плодит и множит зло. Вот почему нам всегда важно знать, правильно ли мы любим свою страну". Чрезмерный патриотизм опасен, в первую очередь, для тех стран, которые он охватывает. Парадокс! Нам же столько лет твердили о стабильности как главном достижении власти – а теперь эта "стабильность" обернулась тем, что никто даже элементарно не знает, что будет завтра. Где и сколько людей ещё погибнет и, главное, когда всё это кончится? Пожалуй, даже люди "лихих 90-х" были чуть-чуть более уверены в завтрашнем дне, чем люди прОклятого 2014-го. Причём, проклятого в самом прямом смысле слова, без эпитетов: никогда ещё на постсоветском пространстве не произносилось столько миллионов совершенно искренних проклятий людей в адрес друг друга. И эта энергетика сводит с ума… Может, от неё-то и автобусы разбиваются, и самолёты падают, кто знает? Надо же ей во что-то и куда-то выходить! Она – это мы! Мы – но только позволившие из образа Божьего довести себя до состояния какого-то коллективного аморфного антихриста. Может, и нам дана была эта боль, чтоб мы чувствовали боль всего мира, как свою. И прошлую, и настоящую, и будущую – потому что всё едино! Чтоб мы никогда не считали, что боль бывает какая-то там чужая. Или же её можно чем-то оправдать. Какими-то мифическими "национальными интересами". Чтоб мы в недобрый (или добрый?) час когда-нибудь кому-нибудь помогли… – и боли в мире на вот такую капельку стало меньше! Вспоминаю из своей юности, где-то из начала 90-х, песню:
Силы небесные, пожалейте нашу страну,
пусть виноватую,
пусть миром клятую,
но всё же такую одну…
Силы небесные, пожалейте нашу страну!
Как один старец сказал: "В нашем положении не может быть другого патриотизма, кроме патриотизма покаяния". Мы же столько всего натворили в ХХ веке – да и сейчас по глупости творим, – что правильней бы после такого-то вести себя тише воды, ниже травы да прощения у Бога просить: и за себя, и за столько поколений! Вот как мы тут сейчас после аварии переломанные лежим – и о дон-кихотских подвигах не мечтаем и врагов не ищем! Понимаем: никто в нашей беде не виноват! Надо только лечиться и всё вспоминать-каяться. Так и со страной. А то всё "сплотимся!" да "сплотимся!.." Да вокруг чего!? И куда уж дальше!? И так ведь до того тесно сплотились, что дышать нечем, честное слово! В аду, наверное, такая же сплочённость будет. А самая большая победа – это победа человека над собой. Так и со страной. Если мы не победим своё чванство… бед будет всё больше.
– Редко кто в наше время так рассуждает! – сказал Кирилл.
– Да, я же – человек из 90-х: с этим уж ничего не поделаешь… – произнесла себе "приговор" Марина. – И не надо ничего делать! Я никогда не брошу камнем в ту эпоху, из которой вышла. В эпоху Свободы. Если кто-то злоупотребил ею, это его личный выбор. Но причём же здесь эпоха и, главное, причём здесь Свобода!
