Предыдущая книга А. Ермакова «Оруженосцы нации», пересматривающая многие устоявшиеся представления об истории Третьего Рейха, побывала под судом по бредовому обвинению в «экстремизме» и «пропаганде фашизма», но была полностью оправдана. Его новое исследование затрагивает еще более «опасную» тему, при рассмотрении которой любое независимое мнение, любое отклонение от «генеральной линии» карается жестче, чем «антисоветская пропаганда» в СССР, — историю Холокоста.Автор анализирует расхожий миф о непричастности Вермахта к преступлениям нацистского режима, созданный в годы «холодной войны», когда «демократический Запад» активно использовал бывших гитлеровцев в борьбе против СССР и потому готов был закрывать глаза на их неприглядное прошлое, и неопровержимо доказывает, что вооруженные силы Третьего Рейха сознательно и активно участвовали в репрессивной политике нацистов на оккупированных территориях и геноциде «низших рас».
Александр И. Ермаков.
Вермахт против евреев. Война на уничтожение
Александр Ермаков
Вермахт против евреев. Война на уничтожение
ВВЕДЕНИЕ
Истребление нацистами шести миллионов европейских евреев в годы Второй мировой войны было бы невозможно без активного содействия вооруженных сил Третьего рейха. Историки доказали, что германская армия представляла собой одну из независимых структур машины уничтожения евреев наряду с нацистской партией, гражданской бюрократией и монополиями. Вермахт не только вел боевые действия, но и распоряжался судьбой многих миллионов военнопленных и мирных жителей на оккупированных территориях. В Сербии, Северной Франции, части Греции и области военных операций на территории СССР военные командующие располагали всей полнотой власти. Учреждения вермахта имели значительные полномочия и в тех районах оккупированной Европы, где захватчиками была создана гражданская администрация.
Актуальность изучения в нашей стране роли немецких вооруженных сил в Катастрофе европейского еврейства особенно велика потому, что именно на советской территории вермахт вел расовую и мировоззренческую войну, завоеванное «Восточное пространство» должно было стать для евреев Европы «полями убийства»,[1]
Вермахт был единственным учреждением в гитлеровской Германии, которое располагало реальной властью и силой, чтобы не допустить преступлений на оккупированной территории Европы. Но вместо этого немецкая армия образовала одну из четырех независимых и взаимодействующих структур нацистской машины уничтожения, наряду с гитлеровской партией, чиновничьим аппаратом и промышленностью.
В период подготовки германского фашизма к развязыванию мировой войны вермахт превратился из «внепартийного учреждения» в «армию Гитлера», готовую к выполнению любых приказов. Вовлечению вермахта в Холокост способствовала общность многих целей армии и национал-социалистов: ревизия версальских ограничений, неприятие демократической формы правления, стремление к сплочению немецкого народа на националистической основе. Роднили вооруженные силы с нацизмом и антисемитские предрассудки прусско-германского офицерского корпуса. Кроме того, 1933–1939 гг. были периодом стремительного численного роста армии, когда в одном строю с кадровыми военными оказались миллионы выходцев из гражданского общества, пропитанного антисемитской идеологией нацизма. Этапами трансформации традиционного антисемитизма в германской армии в расово-биологический антисемитизм стали изгнание из рядов вооруженных сил «неарийских» солдат и офицеров, изменение принципов кадрового отбора военнослужащих, поддержка дискриминации евреев внутри Германии и, наконец, публичное одобрение гитлеровских целей войны против «мирового еврейства». Офицерский корпус вермахта постепенно смирился с вмешательством в дела армии партийных инстанций, эрозией собственного социального состава и вытеснением из вооруженных сил религии и Церкви. Но, пожалуй, самое слабое сопротивление он оказал распространению в армии нацистского антисемитизма.
На первом этапе войны (1939–1941 гг.) руководство вермахта еще старалось сохранить свои руки «чистыми». Зная о преступлениях фашизма против евреев в Польше, офицерский корпус предпочитал закрывать на это глаза, создавая себе иллюзию того, что целью армии являются только военные действия, а не «демографические» задачи. Во время польской кампании убийства евреев и издевательства над ними были делом рук отдельных фанатиков в военной форме, которые наказывались командирами далеко не всегда, а если и подвергались преследованию, то не грозили преступникам серьезными наказаниями. Это вкупе с заступничеством со стороны руководителей карательного аппарата и самого Гитлера развязало руки радикальным антисемитам в воинских частях, которые не стеснялись испачкать военный мундир кровью невинных жертв. Протесты отдельных генералов против бесчинств в отношении евреев показывают, что военачальники старшего поколения были шокированы происходящим, но попытки остановить разгул насилия являлись редкими исключениями на фоне одобрительного и равнодушного молчания подавляющего большинства немецкого офицерства.
