— А почему же нет? Трава здесь высокая, и, если мы подойдем с подветренной стороны, чтобы лошади нас не выдали, все будет в полном порядке.
— Индейцы обычно предпочитают нападать под утро, но эти настолько уверены в своем превосходстве, что собираются начать уже сейчас. Думаю, они уже приблизились к форту, так что пора и нам приниматься за дело. Но запомни, Тим, — никакого шумного оружия. Только нож и томагавк!
Он лег на землю и пополз сквозь заросли травы, бесшумно, как змея. Я полз следом за ним. Мы так близко подобрались к троим сидящим на земле индейцам, что почти слышали их дыхание. В этот момент две лошади, выясняя отношения между собой, подняли шум, который позволил нам приблизиться со спины к ничего не подозревавшим сторожам на расстояние шага. Я увидел, как блеснул нож Линкольна, и взял в руку свой клинок, который до этого держал в зубах. Молниеносный бросок — и двое индейцев замолчали навеки.
— Ах! — вскрикнул третий, вскакивая с земли, но тут же упал, сраженный томагавком Линкольна.
— Готовы, все трое! Ну что же, Тим, начало, кажется, неплохое. А теперь — к тем четверым! Или же считаешь, что их многовато для нас?
— Для тебя и меня — в самый раз. Вперед!
На этот раз нам пришлось труднее. Чтобы ветер дул нам навстречу, пришлось сделать солидный крюк. К тому же, один из четверых индейцев стоял в полный рост и вполне мог заметить нас. И все же мы, хотя и медленно, постепенно приближались к ним. Как вдруг где-то вдалеке раздался жуткий вой, и тут же прогремел чудовищной силы оружейный залп. Это началась атака индейцев на форт.
— Теперь уже все равно, Тим, — прошептал Линкольн. — Доставай револьвер, и чтобы ни один не ушел живым. Вперед!
В следующее мгновение мы бросились на караульных. Четыре выстрела, несколько ударов ножа, и все было кончено.
Ну вот! Теперь нам не нужны ни фитили, ни фейерверк, чтобы исполнить номер, о котором еще долго будут вспоминать. Ведь это индейские лошади, привыкшие бежать гуськом. Скорее, привяжем ремни к хвостам!
Подобная мысль могла прийти в голову только Линкольну. Правда, осуществить ее нам не удалось, поскольку в это мгновение до нас донесся басовитый голос пушек, и тут же — страшный стоголосый вопль, недвусмысленно говорящий о положении дел.
— Все, на это уже нет времени; они спасаются бегством и скоро будут здесь. Беги к другому табуну. Отвязывать не надо, лошади вырвутся сами. Встретимся вон у тех карий! 59
Я поспешил к первой группе лошадей, достал ракеты, поджег от тлеющего фитиля запалы и швырнул их в гущу животных. Когда я прибежал к условному месту, Линкольн уже ожидал меня.
— Смотри, Тим, сейчас начнется! — рассмеялся он.
Со стороны обоих табунов послышалось встревоженное фырканье; лошади по запаху учуяли опасность. И тут зашипело, затрещало, во все стороны посыпались снопы искр, в свете которых мелькали горящие глаза, раздутые ноздри и вздыбленные гривы перепуганных и рвущихся с привязи животных. Лошади вскидывались на дыбы, какое-то время беспомощно метались туда и обратно и, наконец, обретя свободу, всем табуном рванулись с места и понеслись прямо в сторону форта.
— Чудесно, Тим, замечательно! Теперь они сметут и перетопчут собственных седоков, из которых вряд ли кто доберется до седла. Потом они наверняка бросятся в реку, и тогда защитникам форта нетрудно будет изловить их!
Теперь нам не оставалось ничего другого, как укрыться в кустарнике и наблюдать за происходящим. Вернее, приходилось больше слушать: вокруг царила почти полная темнота: вот раздались гневные возгласы индейцев, обнаруживших вместо лошадей лишь трупы караульных, гул и топот скачущих галопом лошадей — это драгуны преследовали убегавших, треск выстрелов, постепенно исчезающий вдали, и временами — легкий, все удаляющийся шорох шагов одинокого беглеца, устремившегося в лесную чащу.
Лишь когда начало светать, мы покинули убежище и вышли на поляну, где лежало несколько трупов настигнутых в погоне индейцев. Пространство же вокруг форта выглядело, как настоящее поле битвы: земля была сплошь покрыта телами индейцев, сраженных выстрелами из-за крепостной ограды, а у самых ворот лежала отвратительная гора мертвецов с изуродованными картечью телами.
Полковник встретил нас с сияющим видом победителя.
— Заходите во двор, господа, если хотите посмотреть на свою работу! Я уже начал беспокоиться, вас так долго не было. Видите эту гору трупов! Пусть индейцы скажут спасибо Канада-Биллу, ведь это он соблазнил их на решительный штурм после первой неудачной атаки.
— Среди убитых его видели?
— Пока нет. Возможно, он лежит где-нибудь недалеко.
Во дворе стоял целый табун отловленных индейских лошадей.
— Взгляните, господа, это ваша собственность, которую я намерен у вас перекупить, если вы не сможете взять лошадей с собой на плот. Теперь, думаю, индейцы не скоро отважатся напасть на форт Смоки-Хилл, и этим мы обязаны вам. Проходите же и поглядите, каков наш выигрыш от большой партии в «три карты»!..
