Ноги совсем онемели, я проклинала туфли на высоченных каблуках. Мне приходилось надевать их каждый раз на смену, потому что была маленького роста. Сегодня, субботним вечером бар переполнен. Об отдыхе не могло быть и речи. Присесть хотя бы на пару минут – непозволительная роскошь.
Я опустила поднос с пустыми тарелками и передала в бар очередной заказ:
– Ром с колой и два виски.
Мне казалось, что голова вот–вот расколется, а несчастный позвоночник онемел от усталости.
Чему я безусловно научилась, работая официанткой – это лавировать между столиками с полным подносом. Единственное, что подбадривало – это конец смены.
Работа несложная, каждый раз одно и то же, за год можно привыкнуть. Вечерние смены спасали и помогали заработать на жизнь.
В тот вечер, когда повстречала таинственного незнакомца, я ничего не хотела менять. Всё устраивало: серый город, квартира с советским ремонтом, дядя алкаш и отсутствие теплой погоды почти весь год.
Я проживала обычную жизнь. Не было новых желаний, даже не мечтала ни о чём. Всё чего хотелось закончить смену, прийти домой посмотреть сериал или почитать новую книгу. А утром уезжала на учёбу.
Училась в медицинском колледже. Планировала сменить работу официантки – на медсестру.
Жизнь походила на лабиринт, спираль всё закручивалась и закручивалась. Это мой способ выжить в этом мире, жить без цели, без будущего, просто существовать.
Сколько себя помню, всегда была предоставлена сама себе. Только в детстве дядя пытался заботиться и оставался большую часть дня трезвым, но чем больше мне прибавлялось лет, он забывал о племяннице и уходи в алкогольную нирвану. Помню, как–то попросила у него новую обувь.
– Дядя Саша, я больше не могу носить эти ботинки. Они все в дырах и промокают.
– Если будешь относиться к жизни, как я, быстро привыкнешь – таков был ответ. Этих нескольких слов — оказалось достаточно, чтобы понять за всё отвечаю я сама.
Хочешь кушать иди приготовь. Нужна одежда, иди работай к соседке Ольге, продавай фрукты и овощи в ларьке. А если хочешь выжить и не замёрзнуть в квартире без отопления, иди в гости к Татьяне Викторовне. Она постелет чистое постельное бельё, укроет одеялом, не забудет накормить и обязательно скажет, что всё будет хорошо.
Я решила, что не хочу привыкать. Стала подрабатывать везде, где только возможно. Соседки сверху выдала тонну плакатов местной партии, которые нужно было расклеить по подъездам. Затем она дала задание по нескольку часов в день приставать к людям с расспросами довольны, ли они работой мэра. Через пару месяцев я смогла скопить на новую одежду.
Наш город раскинулся на берегу реки, но главной достопримечательностью стал завод, кормящий добрую часть населения. Половина зданий в центре была отстроена ещё немецкими пленными, летом их постоянно красили самой дешёвой краской, которая отваливалась к началу следующего сезона. Но даже яркие дома не могли скрасить будни, поэтому со стороны все выглядело заброшенным и никому не нужным.
Однако наведённый лоск был только внешним, как и у других городов, имелись свои заброшенные районы. Эта часть города, та, где люди жили в общежитиях, в основном алкоголики. Там я и жила. Внешняя штукатурка дома облупилась. Улица не освещалась вовсе. В некоторых окнах горел свет, и только по этому признаку можно было понять, что дом обитаем.
Сюда, в элитное место, помогла устроиться Снежа. Подруга, сестра и наставник в одном лице. Мы вместе учились в школе, жили в соседних домах. Противоположности притягиваются: она веселая и жизнерадостная, вечно что–то рассказывала, а я замкнутая и тихая, вечно что–то слушала.
Когда последний Ролтон съеден, ноги вели в уютную двушку Снежы. Жареная картошка и чебуреки всегда были в избытке на её кухне. Именно она перешила мне джинсы, когда те протёрлись, приучила красить ресницы и смывать макияж перед сном.
Снежа только выглядела ветреной, но на самом деле она как скала, которую не разрушить.
Единственным родным был вечно пьяный дядя Саша. За свои года я привыкла к тому, что ты никому не нужна, но только с Снежаной одиночество отступало и не так было страшно жить.
Познакомились мы в школе. Учились в разных классах, но на переменах она часто мне попадалась на глаза. Снежа, одевалась практично, но ярко. Зелёная кофта или пиджак в клетку – по тем временам дети из обычной школы покупали одежду на рынке, но Снежана в свои двенадцать выглядела круче всех. Высокая, с густой шевелюрой каштановых волос, с большим мужским кейсом, перекинутым через плечо. Она не ходила, а плыла по своим владениям с уверенным видом, будто королева.
Как правило, наши смены совпадали.
На следующий день уже забыла о своём падении и спасителе с крепкими руками.
Но Снежана исполнила свой замысел и познакомилась поближе с одним из парней. С блондином, по имени Дима.
– Он пригласил нас прогуляться по городу. Сказал с собой взять подругу, то есть тебя, – своим предложением она, конечно, удивила.
– Как пакет в придачу.
– Нет, он с деловым партнёром, и чтобы тот не заскучал, попросил позвать кого–нибудь.
– Почему вам вдвоём не погулять?