– Это и есть настоящая причина, – медленно ответила Мария, бросив взгляд на Дэвида, который появился позади Бонни со стопкой тарелок.
– Вы можете оба продолжать свою отрепетированную речь. Я надеялась, что хоть один из вас будет честным со мной, – резко сказала дочь и вышла из кухни.
– Что произошло? – негромко спросил Дэвид у жены. – Ты дрожишь.
– Я просто… – начала Мария, не сводя глаз с двери, за которой скрылась Бонни. – У меня такое чувство, Дэвид, что вот-вот все выйдет наружу.
Мария была права – очень скоро все действительно открылось. Но к чему она была совсем не готова, так это к тому, что ее предадут.
В отделении полиции я оказываюсь без пяти четыре. С тревожным холодком под ложечкой я безуспешно пытаюсь сосредоточиться на старом черно-белом фильме, который идет по телевизору в холле. Невидимые узлы внутри меня с каждым вдохом затягиваются все туже.
Когда меня наконец вызывают в комнату к брату, я чувствую, как от волнения тошнота подкатывает к горлу, но я хватаю сумку и пальто и иду за Харвудом по длинному коридору к закрытой двери в конце. Сейчас я так нуждаюсь в ком-то близком рядом с собой, но единственный человек, которому тоже полагается быть здесь, не приедет, даже если ее долго упрашивать. Кроме того, я так и не смогла заставить себя признаться сестре, что по собственной воле решила повидаться с Дэнни.
Спустя восемнадцать лет разлуки мне остается только догадываться, как теперь выглядит мой брат. В голове возникают неясные образы, большинство из которых, как я понимаю, просто версии двадцатидвухлетнего парня, каким я видела его в последний раз.
Голос детектива Харвуда возвращает меня к действительности:
– Мисс Харви, вы в порядке?
– Я не знаю, чего ожидать, – признаюсь я. – Я слишком давно его не видела. Он уже там? – указываю я на дверь.
– Да.
– Вы пойдете со мной?
– Нет, вы останетесь вдвоем с братом. Вы все еще этого хотите?
Я слабо киваю головой. Верю я ему или нет, но брат признался в полиции, что столкнул Айону с утеса, и, возможно, мне придется принять это как факт.
Харвуд распахивает дверь, и я захожу внутрь. За столом сидит человек, совсем не похожий на того, кого я представляла. Этому мужчине в следующем месяце исполнится сорок, у него короткие темные волосы, аккуратно подстриженные возле ушей, а надо лбом оставлен небольшой кок с едва заметным оттенком седины. Глядя в его широко раскрытые темно-карие глаза за очками в тонкой металлической оправе, я одними губами произношу его имя, ожидая, что мужчина отрицательно покачает головой и скажет мне, что я ошиблась кабинетом.
Дэнни поднимается, когда дверь за моей спиной закрывается. Я медленно двигаюсь к столу, смахивая выступающие слезы, однако когда подхожу совсем близко, брат снова садится. Все это время он не сводит с меня глаз.
Молча опустившись на стул, я открываю рот, но не могу произнести ни слова. Мне хочется сказать Дэнни, что он хорошо выглядит. Что, несмотря на то что он, по его словам, сделал, брат выглядит красивым и умным. Его рот дергается, будто и Дэнни подыскивает нужные слова. Спустя целую вечность я прерываю молчание.
– Я скучала по тебе, – произношу я. Слова разлетаются в воздухе, и Дэнни поднимает глаза кверху, будто стараясь поймать их. На самом деле я знаю, что он изо всех сил сдерживает эмоции: так он делал в детстве, когда не хотел плакать, – смотрел поверх наших голов.
На мгновенье мы снова становимся детьми в домике на дереве, которые устроились на подушках и заняты каждый своим делом. Слезы катятся по моим щекам, и я шарю в сумке в поисках салфетки, а когда не нахожу ее, утираю глаза рукавом.
– Спасибо, что согласилась встретиться со мной, – говорит Дэнни глубоким хрипловатым голосом, совсем не тем, что мне представлялся, но, может, годы исказили мои воспоминания.
– Ну конечно. Я давно хотела тебя увидеть.
– Я имею в виду, за то, что ты пришла сейчас. Когда ты знаешь, что я сделал.
– Дэнни! – Я глубоко вздыхаю. – Ты же мой брат.
Он смотрит в сторону, уставившись в одну точку в углу комнаты. Мне хочется дотянуться до его рук, но я уже не вижу их, потому что Дэнни складывает их на коленях под столом. Мы снова погружаемся в тишину, которая давит на меня.
Я всматриваюсь в его лицо, пока сквозь черты мужчины не проступает прежний мальчишка: я вижу его за морщинками под глазами и легкой тенью щетины на щеках.
– Значит, ты жил в Шотландии? – спрашиваю я.
Дэнни кивает.
– Детектив упоминал место с названием Герван. Я понятия не имею, где это.
– На восточном побережье, – говорит Дэнни. – Я живу там неподалеку.
Я киваю, хотя для меня ничего не прояснилось.
– Детектив сказал, что ты продаешь свои произведения в Интернете?
– Немного. Я леплю, рисую. У меня есть веб-сайт, – Дэнни снова кладет руки на стол и смотрит на свои ладони, будто изучая их.
Я искала брата в Интернете сотни раз, но всегда безуспешно.
– Я пользуюсь другим именем, – будто прочитав мои мысли, произносит Дэнни. – Там я – Д. Смит.
