— Люди в горах пропадают постоянно. Но их тела раньше всегда находили, — ответил генерал. — Сейчас же мы следов пропавших вообще найти не можем.
Нарнетт вернулась к изучению карты.
— Пять лучших ищеек герцогства… — констатировала она. — До сих пор не могу поверить. Матушка с отцом с детства рассказывали, что у нас лучшие разведчики, следопыты и диверсанты в королевстве.
— Потому что они должны от людей и животных прятаться, ваша светлость, — генерал одарил Нарнетт тяжёлым полусонным взглядом. — Живущие в горах существа — это что-то среднее между людьми и животными. Они похожи на зверей своим поведением, и в то же время живут в руинах. То есть ведут близкий к цивилизованному образ жизни.
— Почему после этой карты все эти замки и башни пропали? — спросила Нарнетт. — Возможно ли, что… Ольты здесь нет, но она рассказывала, что самая мощная магия способна разрушить замок и нанести серьёзный вред городу. Но не утащить тысячи тонн камня, песка, дерева и стекла под землю. Это под силу только богам.
— Мы витаем в догадках, госпожа, — сказал егермейстер. — Если не отправиться к каким-нибудь руинам и не изучить, что там происходит, то мы так будем топтаться на месте.
— Нойрбет, 975 г. Третьей эпохи? То есть этой карте… Четыреста восемьдесят восемь лет?
— Да, владычица, — ответил главный егерь. — В ранних картах, как я глянул, также есть следы о каких-то постройках в горах. Но следующая карта датируется 996 г. Свести концы с концами тяжело, так как прошло целое поколение между составлением каждой карты.
— Но отталкиваться проще от 996 г. Кто правил герцогством в это время?
— Герцог Барателис, супругой у него была Ларатирра. Она была уроженкой севера, — сказала Рилароя. — К сожалению, имени советника и главного картографа и егеря по совместительству я не вспомню. Хотя должности главного егеря в те времена могло не быть. Нужно изучить седьмую главу тома Земель Морнских, где описаны деяния всех герцогов за последнюю тысячу лет с указанием их советников поимённо. Но вполне возможно, что герцог мог сам со своей женой эту карту составить, если хроника из вашей библиотеки, владычица.
— Подождите, ваша светлость, дамы и господа, — вступил Вольхат. — Но ведь Барателис и его супруга правили герцогством почти сто лет… Говорят, эльфья кровь у супругов была.
В зале советов повисло гробовое молчание. Нарнетт почувствовала, как на неё стали накатывать новые волны апатии, которые, казалось, отступили на некоторое время. Советница-канцлер погладила лоб ладонью и сказала:
— Кажется, они правили восемьдесят шесть лет. Но умерли уже в преклонном возрасте.
— Одни из самых долгоживущих людей в стране были, Рилароя, — заметил Бехауст.
— Табия, тебе сюда нельзя! — послышалось из-за двери.
— Ищите любые зацепки, — приказала государыня. — Бехауст, те немногие запасы, что у нас есть, отправь на содержание вооружённой группировки, чтобы, наконец, сократить эти проклятые дезертирства. От гор наши земли отделяют две тысячи солдат, рыцарей и чародеев Горэссиров, Аманесиров и Венцулов в полевых укреплениях.
— Слушаюсь, ваша светлость, — генерал жадно впился в лежащее на столе полотно.
— Тётя Нарнетт! — за дверью нарастала истерика. — Отпусти меня, вредина!
— Они же должны заниматься, — проговорила Рила.
— Стража, впустить! — кинула Нарнетт.
За открытыми дверями чужеземная девочка по имени Табия пыталась вырваться из рук гувернантки молодого герцога.
— Эрвия, отпусти её! — крикнула герцогиня.
Табия кинулась на шею к «тётушке». Она ответила крепким объятьем и вопросительно взглянула на Эрвию.
— Ваша светлость, девочке приснился кошмар!
— Это было взаправду, не ври, Эрвия! — крикнула Табия.
— Успокойтесь! — рявкнула герцогиня. — Что случилось?
— Я видела своего папу! Он залез в мою комнату и пытался поговорить со мной!
— Но ведь твой папа умер, ты сама рассказывала нам, дитя…
— Ваша светлость, я же говорю… — продолжала тучная гувернантка.
— Эрвия, выйди отсюда! — взорвалась Нарнетт.
Люди испуганно взглянули на неё. Эрвия едва на расплакалась.
— Госпожа? — переспросила она у Нарнетт.
— Расскажешь после ужина, — спокойнее сказала владычица. — Ступай.
Расстроенная Эрвия поклонилась и вышла из зала советов.
— Тётя Нарнетт… Я не лгу… — заливалась слезами девочка. — Мой папа… Я не понимала его речь, но чувствовала, что ему стыдно…
— За что?
— За то, что он бросил меня…
Люди молчали. Ото сна пробудились все, даже генерал. Все со скептицизмом в глазах поглядывали на девочку.
— Ну-ка, пойдём в твою комнату, Таби.
Совет герцогства почти в полном составе остался работать дальше, Нарнетт, взяв Табию за руку, направилась в её покои. Сопровождали их Рилароя, генерал Бехауст, Порлехт и пара его гвардейцев. Комната девочки располагалась на третьем этаже главного дворцового корпуса, между палат придворных фрейлин. Герцогиня желала успокоить девочку. Её опекуны были обеспокоены её кошмарами. Нарнетт, хотя и настороженно относилась к Табии, но не хотела получать очередной нагоняй от родителей. Потому девочке требовалось показать, что она не чужая для них. Она часть их семьи. Так приказали родители.
