— Лен, давай так — решилась я, — я не хочу нагнетать обстановку в твоём доме и тем более выносить сор за пределы этой комнаты. Я понимаю, что ты ждала не меня, а Камилу Трайбер, и поверь, мне есть, что сказать по этому поводу, но время ушло. Увы. У нас была возможность поговорить, но мы её упустили, а теперь... — помолчала, пытаясь разобраться в том, что меня смущает. — Знаешь, когда я ехала сюда, я не ожидала увидеть то, что увидела. У тебя замечательный дом и семья, и я не хотела бы портить вам вечер, как и продолжать любые разговоры на наши личные темы в присутствии твоего мужа. Поэтому просто скажи — мне уехать? Серьёзно, если тебе так невыносимо меня видеть, я уеду, и это совершенно без обид, поверь! Но пожалуйста, давай продолжим диалог хотя бы в сети?
Она усмехнулась:
— А о чём нам с тобой говорить, Люд? И главное — зачем? У меня, как видишь, всё хорошо, у тебя, как я погляжу, тоже. Чего ещё? Или ты думаешь, отсиделась где-то, время выждала, а теперь явилась, и снова подружки? Так нет, Люд! Не снова, и не подружки. И, судя по всему, никогда ими и не были!
— Лен...
— И знаешь, ты была права, когда не назвалась сразу. Потому что если бы я знала что это ты, я не позвала бы тебя в свой дом!
— Папа-а-а-а... — заверещала в холле Лиза, да так звонко, что уши заложило. — Холо-о-о-одный!
И тут же раздалось нарочито басовитое, устрашающее рычание:
— Кто-о-о тут у меня такой тё-ё-ё-пленький...
Отчего девчушка заверещала ещё сильней:
— Йа-а-а... Папа-а-а...
И через распахнутую дверь я увидела в холее мужчину возле ёлки, а в его вытянутых вперёд руках извивалась, визжа от восторга, Лиза.
— Холо-о-о-одный! Йа-а-а-а-а....
А он страшно рычал и делал вид, что хочет прижать её к себе. На эту возню уже налетала остальная малышня и шумно нападала со всех сторон, пытаясь урвать хоть капельку экстрима и для себя. Веселье ту же превратилось в кутерьму. Мужчина кое-как пробрался сквозь неё и, сунувшись к нам в комнату, попытался перекричать визжащую свору:
— Лен, нам там ключи от летнего гаража нужны! От задних ворот!
Он был в припорошенной снегом куртке и в наполовину скинутом капюшоне с облепленной снегом меховой опушкой. Да собственно и лицо его, а именно — окладистая борода и усы тоже были в снежных комьях. Прям геолог какой-то.
— Папа-а-а холо-о-одный!.. — визжала Лиза.
— И меня, и меня заморозь!.. Моро-о-оз, красный но-о-ос!.. — наперебой орали дети.
— А это... Там, в ящике на входе смотри! — вынужденно повысила голос Лёнка, и Кирюха на её руках, поддавшись общему восторгу, начал весело повизгивать.
— Та-а-ак... На выход! — скомандовал геолог, и деловито волоча повисших на своих ногах детей, развернулся к выходу.
— Стоп, погоди! — спохватилась Ленка. — А летний же изнутри заперт! Это надо через мастерскую идти, открывать!
Мужчина развернулся обратно, немного озадаченный, опустил Лизу на пол, отодрал виснувшего на подоле своей куртки пацанёнка и, шутя, запульнул в него щепотью снега с капюшона.
— Слушай, ну а пошли тогда Мишку что ли, пусть он откроет... — Заметил наконец меня, кивнул мимоходом: — Добрый день. — И снова к Ленке: — А то чё ж я через весь дом одетый попрусь. А нам там ещё цепи сгрузить надо...
И тут дошло. Повернул ко мне голову, сощурился, вглядываясь — то ли пытаясь вспомнить, где мог видеть раньше, то ли просто не веря своим глазам. А я и сама узнала его только теперь.
— Привет, Лёш... — сказала нейтрально, словно вот только вчера виделись. Хотя, моя бы воля, я бы не хуже Лизы ему на шею кинулась, такой неудержимой радостью меня вдруг обдало! В сотни раз большей, чем когда увидела Ленку. Сердце забилось так часто, и так болезненно-сладко, что аж слегка закружилась голова и разлилась слабость под коленями.
Но ситуация не располагала к объятиям. К тому же, за первой волной почти детского счастья, я вдруг различила вторую — тоскливой зависти. И, черт возьми, ревности! Да! И, кажется, даже поняла, почему так бесилась Ленка, и почему не позвала бы в свой дом, если бы знала заранее, кто я на самом деле. Да я бы и сама не сунулась, если бы тоже знала, что увижу... Как же это, Господи? Я же думала, давно прошло?
— Мам, а дай ключи от машины, я планшет возьму, фотки Антону показать, — смело протиснулся в комнату Алекс, но тут же стушевался под обращёнными на него взглядами Ленки и Лёшки. Опомнился: — Здравствуйте... — и как путёвый протянул Лёшке руку. — Я Алекс.
— Алексей... — ошарашенно ответил тот.
— Не надо, Алекс, — шагнув к выходу и отчаянно унимая дрожь в голосе, попыталась улыбнуться я. — Мы уже уезжаем.
— Но мам...
— В другой раз покажешь.
— Но мам!
— Так, всё, хватит! — командно вмешалась Ленка. — Без ужина никто никуда не едет! Дети-и-и! Быстро мыть руки! — и положила руку Алексу на плечо: — Неси планшет, Алекс. Я тоже хочу посмотреть твои фотки. А потом покажу свои. Думаю, тебе будет интересно.
