Стоит жить, чтоб в землю врезать
След поглубже, позаметней,
Чтоб твое осталось дело,
Словно дуб тысячелетний.
С генерал-лейтенантом инженерных войск Евгением Варфоломеевичем Леошеней меня познакомил его тезка Евгений Григорьевич Решин.
Оба — друзья Карбышева.
Евгений Григорьевич — с грозовой поры гражданской войны. Он был комиссаром 6-го военно-полевого строительства на Волге, которым руководил Дмитрий Михайлович. Здесь, в Самарском укрепленном районе, встретились молодой доброволец Красной Армии, не имевший почти никакого военного опыта, и опытный военный инженер, бывший царский подполковник, испытанный в боях. Карбышев на тринадцать лет старше Решина. Революция свела их вместе всего-навсего на несколько месяцев. Но те месяцы, когда они были вдвоем, — не простые, а фронтовые. Из-за каждого угла в любую минуту их подстерегала смертельная опасность. Товарищество родилось и крепло в ратном труде, в бою. И в них держало испытание на верность.
Взаимная приязнь молодого комиссара и умудренного фортификатора переросла в дружбу на всю жизнь. Евгений Григорьевич Решин постарался рассказать о Дмитрии Михайловиче все, что запечатлелось в памяти. Его книга «Генерал Карбышев» изобилует интересными и важными фактами, опирающимися на прочную документальную основу.
Не меньшее значение, чем книга, имеет неустанная деятельность Решина совместно с Леошеней, другими друзьями Дмитрия Михайловича и старшей дочерью героя Еленой Дмитриевной по развитию стихийно возникшего движения юных карбышевцев. Оно с каждым годом расширяется. Только карбышевских пионерских дружин и отрядов в СССР насчитывается более трехсот. Число их продолжает расти, работа приобретает все большие масштабы. Созданы десятки школьных музеев, проводятся пионерские сборы и слеты, посвященные жизни и деятельности генерала Карбышева. Устраиваются вечера, походы по местам боев, фестивали дружбы, спортивные состязания в честь героя.
Ветераны Великой Отечественной войны, ученики и последователи «инженерной школы» Карбышева энергично поддерживают и пропагандируют патриотическое движение, названное его именем.
Среди них — верный друг и ученик Дмитрия Михайловича — Евгений Варфоломеевич Леошеня. Он — ровесник нашего века, на целых двадцать лет моложе Карбышева. Впервые услышал о Дмитрии Михайловиче в конце гражданской войны. Но судьба Карбышева крепко связана с судьбой потомственного пролетария и коммуниста из поселка Альбертин Гродненской губернии в Западной Белоруссии.
Евгений пошел по стопам отца — слесаря, большевистского вожака, участника революции 1905 года. С десяти лет мальчик трудится на фабриках и заводах. В Петрограде, куда семья Леошеней перебралась после захвата кайзеровскими войсками За-ладной Белоруссии, Евгений вместе с отцом работают шлифовщиками шрапнельных пуль.
И всегда парень тянулся к учению. Он учился в Альбертине, Слониме, Питере и Юзовке. В результате сумел получить неполное среднее образование.
После возвращения семьи Леошеней в родной поселок Альбертин шлифовщик шрапнельных пуль стал работать учителем в школе двух деревень — Жеребиловичи и Циунцы. А когда в Белоруссии установилась Советская власть, крестьяне выбрали учителя секретарем сельсовета.
В 1919 году Евгений Леошеня вступил добровольцем в Красную Армию. Грамотного юношу, знакомого с техникой, умеющего читать чертежи, направили на Московские военно-инженерные курсы командного состава.
Вскоре курсы перевели в Киев, реорганизовали в военно-инженерную школу. Курсант стал командиром взвода 3-го понтонного батальона. Его приняли в партию.
Курсанты совмещали учебу с практикой: выезжали на Южный фронт и в составе Киевской курсантской бригады вместе с частями Красной Армии вели бои против Врангеля и банды Махно.
Тогда ли на фронтовых дорогах молодой курсант впервые встретил Карбышева или в военной печати читал его острые полемические статьи и запомнилась фамилия автора — точно сказать Леошеня не может. Да это и не важно. Гораздо важнее тот интерес, который возбудили в нем смелые высказывания Дмитрия Михайловича. Они противоречили тому, что внушали Евгению в военно-инженерной школе почтенные специалисты-преподаватели.
Преподаватели утверждали: инженерные войска в армии — самостоятельная держава. Они выбирают и готовят позиции, которые занимают пехота, кавалерия, артиллерия… Фортификаторы по своему разумению организуют и ведут необходимые работы, никто не вправе давать им указания, а тем более судить об их работе!
А Карбышев низводит державу в сателлиты, в спутники. Превыше всего ставит тактику и оперативное искусство общевойсковых частей и соединений: только им, и прежде всего пехоте, дано понять и оценить достоинства и недостатки фортификационных укреплений.
