— Тут свободно? — Неприметный человек в свободной кожаной куртке и носящий шляпу с широкими полями, попросил разрешения присесть за стол к одному из местных работяг, отдыхающих в таверне после тяжелого трудового дня. Ибрагим смерил незнакомца усталым взглядом, потом осмотрел зал таверны и понял, что все остальные столики уже заняты. Неопределенно пожав плечами, он вернулся к кружке пива, в то время как высокий незнакомец уселся напротив, поставив на стол тарелку с жареной картошкой, свежими помидорами и маринованными огурцами. Явно не местный, скорее всего путешественник. Может торговец, или гонец, а может и беженец: в наши времена трудно понять. — Антван. — Произнес незнакомец, прожевав первую порцию своего ужина. — Так меня зовут.
— Ибрагим. — Отозвался местный работяга. Он в принципе не прочь был поболтать, но с незнакомцами надо быть осторожным: кто знает, что там у него на уме?
— Чего-то многолюдно здесь: даже не ожидал, что придется столик с кем-то делить. — Продолжил разговаривать Антван. — Тут всегда так?
— Не-е-е… — Протянул Ибрагим. — Серебряные Маковки, это деревня к востоку отсюда, недавно Проклятье уничтожило. Выжившие к нам бежали. — Ибрагим сплюнул. — Думают, что толпой безопаснее.
— А ты так не думаешь? — Поинтересовался Антван.
— А я видел Проклятье в деле: когда посреди толпы появится разъяренный медведь, то чем больше народу вокруг, тем больших он и убьет.
— Ужас-то какой! — Неподдельно ужаснулся путешественник. — Говорят это все из-за вторжения в Проклятые Земли?
— А от чего еще? — Снова сплюнул Ибрагим. — Пока господин наш, его высочество, не отправился в эту проклятую землю, все было как обычно, а как только началась война, так и помирать все стали. И чего он там забыл, в этих темных местах? — Недоуменно покачал головой Ибрагим.
— А вы не знаете? — Снова удивился Антван. — В городах об этом уже все знают!
— Что знают? — Поинтересовался Ибрагим, внутренне кивнув самому себе: он был прав, это один из торговцев или гонцов. А кто еще из города к нам сунется?
— Говорят… — Антван перешел на шепот, и наклонился к Ибрагиму, не забыв при этом посмотреть по сторонам и убедиться, что к их разговору никто не прислушивается. — Что барон тех нехороших земель, ну тот, которого Ничейные Земли приняли за своего владыку, так вот, говорят, что он нашел в глубинах своих территорий секрет вечной жизни. Тот самый, который позволял древним правителям этих земель властвовать многими веками. — Путешественник снова обернулся по сторонам. — Говорят, что наш король решил получить этот секрет себе, мол нечего какому-то баронишку жить вечно. Такие дары должны получать только истинные короли. Так-то. — Закончил Антван, и вернулся к ужину.
— Чушь! — Отмахнулся Ибрагим.
— Может и чушь. — Легко согласился быстро уничтожающий содержимое своей тарелки, Антван. — Вот только что еще нашему королю делать в тех диких землях? Пользы от земли, где под каждым кустом поджидает смерть, никакой, к городам Олариса можно добраться и другой дорогой, даже народа, с которого можно налоги взимать, там практически нет. А значит ему нужны не сами земли, а что-то, что эти земли прячут. Вот и думай теперь, что это может быть.
— Не наше это дело, что это может быть.
— И то верно, это дело не наше, а королевское. — Заявил Антван, закончив со своим ужином и поднимаясь на ноги. — Ну бывай, Ибрагим, было приятно познакомиться. — Попрощался с ним путник, носящий одежду, в которой очень удобно скрывать хвост и рога тифлингов.
Где-то спустя два с половиной месяца после начала военной кампании, Юфи поняла, что котел достиг точки кипения. Еще немного, и придется либо продвигать план дальше, либо начинать регулировать происходящее, либо это все выйдет из под контроля и станет совершенно непредсказуемым. Отправив Алексу сообщение о состоянии готовности к переходу во вторую фазу стратегии, девушка получила ответ практически сразу же, и немедля отправила приказ по всем городам пустить искру в этом взрывоопасном коктейле.
Первую финансовую пирамиду, в столице Облара, Юфи организовала очень давно. С тех пор у нее появились новые средства, работники, опыт, и сейчас каждый город имел некую организацию, работающую по схеме Понци. И на данный момент все шло более-менее хорошо, нижний и средний слои населения городов охотно велись на этот развод, соблазненные обещаниями легких денег, и по расчетам Юфи, эти пирамиды могли бы простоять еще несколько лет, прежде чем неизбежно развалиться и погрести под собой всех лох… Всех инвесторов, оставив все деньги верхушке, то есть Юфи. К сожалению война принесла свои изменения, и то, что изначально планировалось лишь как дополнительный источник финансов, превратилось в оружие войны. Как именно? Тут все было предельно просто.
