— Даже ты, брат, — кивнул, странно ухмыляясь, Сергий. — Вижу, ты невнимательно читал полученные отчеты по одному прискорбному событию… Мой племянник из тех агнцев божьих, которые волков пополам перекусывают. А теперь займись делом, брат. Нужное состояние у наших сегодняшних клиентов поддерживать непросто!
Аристократы, на которых я глядел, выглядели как пустые оболочки, из которых вынули всё содержимое. Широко открытые глаза и рты, висящие вдоль тела руки, остекленевший взгляд… У одной из дам, той самой, с шикарным декольте, и вовсе из уголка губ текла густая, толстая ниточка слюны, плавно свисая с подбородка и постепенно приближающаяся к весьма соблазнительной ложбинке меж грудей…
— Дыхание Искренности — это алхимический сбор различных трав, точный состав которых никому неизвестен, — продолжил Смолов, наблюдая за суетящимися монахами. — Его использование, в сочетании с правильными молитвами и выполнением ряда условий, одним из которых является наличие малого святого среди творящих ритуалы, вызывает эффект отключения воли, разума и памяти у тех, на кого оно обращено. От этого не спасает почти никакая защита… Но есть существенный недостаток — если жертва в курсе, что именно против неё применяют, то несколько довольно простых мер предосторожности способны уберечь вас от действия этой гадости.
— Не богохульствуй! — сурово оглянулся на моего вассала упомянутый Велизарий. — Сей метод пришел ещё от первых слуг христовых и одобрен был самим спасителем! Не следует называть тех, на кого направлено это средство, жертвами!
— Непроверенные слухи, святой отец, — небрежно отмахнулся Пётр и продолжил. — Так вышло, что я сталкивался с этим ритуалом… И потому, едва ощутив запахи церковных благовоний и знакомые тонкие колебания в эфирном плане, я сразу принялся фильтровать воздух вокруг меня и тебя, господин Аристарх. Нет, отдельные, малозначимые элементы я пропускал — но и сделанного было вполне достаточно.
— Так я чуял только ладан и подорожник именно потому, что ты об этом позаботился? — уточнил я. — Что ж, молодец… А почему ничего не сказал?
— Потому что я не велел. Вернее, блокировал все его попытки дозваться до тебя телепатией, а в слух он сам не рисковал заговорить, опасаясь что его услышат, — ответил за него мой дядя. — Зная твой норов и изучив имеющуюся по тебе информацию, я был уверен — твоё присутствие подействует на кого-то из присутствующих как красная тряпка на быка. Ты ведь не можешь выбраться в аристократическое общество и не вляпаться в скандал, племянник… Вот только актер из тебя никудышный, так что для придания естественности пришлось поступить именно так.
— Мы не могли рисковать раскрытием операции, — пропыхтел Велизарий, тщательно перекрещивая Редькина и брызгая святой водой на Архимага. — Если бы учуяли твари — могли бы и воспротивиться внушению… А так — сперва вы поругались с сиим достойным представителем Рода Редькиных, затем я с твоим служкой погавкался… Как раз всех отвлекли и успели завершить действо. Теперь можно и…
Не договаривая, он резко ткнул в грудь Архимага сложенными щепотью пальцами и я ощутил мощнейший всплеск силы. Не маны, не праны, не ещё чего-то похожего — именно так называемой Святой Силы, той энергии, что присуща праведникам христиан и мусульман, как и прочим монотеистам. Ну, вернее, это они её зовут Святой Силой, я же и многие другие чародеи называют эту энергию несколько иначе — Сила Небес. Сила, которой пользуются ангелы… И чем она чище — тем могущественнее в итоге чудеса, что она творит. И судя по чистоте у этого бледного коротышки, Малым Святым из всех присутствующих был именно он, а не мой дядя… Теперь понятно, чего он удивлялся оценке своего старшего собрата по вере. Малый Святой — это громадная сила, и что самое паскудное, так это фактор того, что их силу на нашем, нормальном и понятном языке измерения личного могущества измерить почти невозможно. Будет уверен, что идет на смерть ради правого дела и во имя Веры — этот заморыш и Мага Заклятий прибить сумеет ценой гибели. Если тот будет в его глазах абсолютным злом, разумеется… К счастью, Небеса не раздают такую мощь кому ни попадя — сельского дурачка, не знающего, как мир устроен, до таких показателей не дорастишь, сколько не мучай его аскезой и праведностью. Это должен быть непременно разумный, мудрый человек без розовых очков и искусственно созданного дефицита информации… В общем, к счастью, подобных персонажей сознательно не вырастить — механизм этого процесса у каждого весьма своеобразен. Будь иначе, и во всех мирах царила бы не магократия, а теократия в худшем её проявлении…
А тем временем по всему помещению начались вспышки света, за которыми иногда следовали болезненные вскрики. Монахи уверенно делали свою неведомую мне работу, я же лишь молча за этим наблюдал. Наконец все их манипуляции были завершены, и Сергий Белозерский, вскинув руки, начал свою речь.
