— Они казались нормальными, обычными детьми. Я знаю, чего хотят мальчики от девочек. Я знаю, насколько хороши Саммер и Хейли. Я думал, что это начнется чуть позже. И всегда рассчитывал, что буду иметь дело со всем этим через Джулию, а не один на один.
— И это все о них?
— Она ходила на танцы с сыном Стоунов, но говорила, что они просто друзья. Тусовщики — я думаю, она выбрала бы именно это слово. Он и Саммер учились вместе и в средней, и в старшей школе.
— А другой парень, Кук? Он ведь в школьной команде по бегу?
— Он хороший бегун, да. И имеет все шансы стать в этом году второкурсником.
— И еще один, Клинтон Филдс, верно? — спросил Хокинс.
— Да, он тоже из ее круга общения. Производит впечатление довольно… резкого подростка.
— Почему вы так говорите? — спросил Хокинс.
— Не знаю. Он высокомерный сопляк. Конечно, он был вежлив со мной, когда приходил в гости, и он умный парень, хороший ученик. Но в его поведении есть какая-то скрытая агрессия, и он неуважительно относится ко всему, что видит и о чем говорит. Я легко могу представить, как он, выйдя из комнаты, оскорбляет меня. В старших школах полно таких парней.
— Они с Саммер встречались? — поинтересовался Хокинс.
— Они проводили время все вместе последние несколько месяцев. Они всегда были группой, но, я думаю, именно так подростки сейчас и проводят время. В группах. Есть что-то, чего я не знаю об этих ребятах? — осторожно спросил Билл. — Я упустил что-то важное?
— Помните: я занимаюсь расследованием этого дела. Информация всплывет. Обо всем и обо всех.
— Где они были, когда Саммер и Хейли исчезли?
— Мы проверили их алиби. Мы проверили алиби каждого из них. Они дети. Они не пропадают целыми днями на работе или что-то в этом роде, но говорят, что были у Поля, играли в видеоигры. Родителей дома не было.
Билл почувствовал за своим правым глазом усиливающуюся пульсацию, из-за этого ощущения невозможно было усидеть на месте.
— Арестуйте их, — сказал он. — Приведите их в участок и заставьте рассказать все.
— Я не могу действовать таким образом, Билл.
— Вы думаете, меня волнуют их гребаные гражданские права? И вас это не должно заботить. Не тогда, когда моя дочь находится в коме, а ее лучшая подруга мертва.
— В последнее время у Саммер были проблемы? — спросил Хокинс. — Хоть что-то? Я так понимаю, вы с ней не ладили с тех пор, как умерла ваша жена.
Билл вспомнил, что происходило за последние полтора года, все эти взлеты и падения, споры и напряженное молчание между ним и Саммер.
— Я уже сказал. Ей было тяжело. И она немного выводила меня из себя. Не соблюдала комендантский час, не отвечала на мои сообщения, когда уходила гулять, и все такое.
— Хотел спросить вас…
— Подождите, — перебил его Билл. — Этот парень, Филдс. Разве он не был замешан в неприятной ситуации пару лет назад?
В голове тревожно зазвенело. Настойчивая сирена, которая усиливала головную боль за правым глазом Билла.
Мимо пробежали две медсестры, и Билл проводил их взглядом. Они заскочили в палату Саммер.
— Господи! — воскликнул Билл. — Нет!
Он сорвался с места и кинулся вслед за ними, но его опередила доктор Дэвис. Когда Билл вошел в палату, он услышал фразу, которая влетела в его голову, как забитый гвоздь.
Уровень кислорода падает.
Билл наблюдал за тем, как бригада медиков суетилась вокруг Саммер.
Они называли термины и цифры, но Билл не понимал, что они означают. У него создавалось впечатление, будто они говорят на чужом языке.
Доктор Дэвис произнесла спокойно и решительно:
— Нам нужно вставить ей трубку в грудную клетку.
Билл шагнул вперед, когда доктор Дэвис надела хирургические перчатки. Они плотно обхватывали запястья. Она подошла к серебряному подносу и подняла блестящий скальпель, который выглядел достаточно острым, чтобы прорезать древесный ствол.
— Вам лучше выйти, мистер Прайс, — сказала Дэвис.
Медсестра начала снимать с Саммер одежду, обнажая ее грудь. Другая медсестра спиртом протирала кожу в том месте, где врач намеревалась сделать надрез. Биллу не нравилось то, как они грубо обращались с ней, незнакомцы рассматривали ее тело, как кусок свежего мяса.
Кто-то шагнул к нему — пухлый молодой человек в хирургической форме, его тонкие волосы были взлохмачены.
— Почему бы вам не выйти за дверь, сэр?
— Я хочу остаться.
— Сейчас вам нельзя находиться здесь, сэр. — Он положил руку на грудь Билла и толкнул его осторожно, но ощутимо, оттесняя к двери.
Билл, пятясь, прорычал:
— Тебе тоже нельзя быть здесь! Я не хочу, чтобы какой-то странный человек…
Но, не успев закончить, он оказался за дверью, а человек в форме остался в палате. Билл сделал шаг вперед, намереваясь вернуться, однако остановился. Доктор прав. Он не хотел этого видеть.
Когда Саммер была маленькой, ей каждый месяц вкалывали новую вакцину, и Джулия ходила с ней в больницу. Джулия брала ее за руку и просила смотреть в другую сторону. Билл либо вообще не ездил в больницу, либо оставался в приемной, читая старые журналы, пока Джулия не приводила дочь.
