— Да нет. Это была моя жена. В последнее время я редко бываю дома.
Детектив погрустнел, его брови поднялись, как будто он искал сочувствия. Биллу пришлось признать, что он как-то забыл о том, что у детектива есть личная жизнь. Есть супруга, дети, а может, и внуки. Есть собака, двор, о которых тоже надо заботиться.
— Я собираюсь подняться и посмотреть, в каком состоянии Хейли. Вы говорите, что ее мама зла, как потревоженный шершень?
— Да. Не совсем без причины.
— Тогда вам лучше держаться подальше от нее, пока она не успокоится.
— А почему, по-вашему, я торчу здесь, сижу на этом неудобном стуле?
Хокинс направился к лифту, но Билл удержал его, положив руку на его предплечье. На нем была куртка, прохладная на ощупь из-за холода на улице.
— Это ведь уже что-то, да? — спросил Билл. — Если вы найдете эту машину…
— Конечно. Мы проработали все возможные варианты, куда могли направиться эти девушки. Как я уже говорил, кое-кто видел, как они шли…
— И кто-то видел Саммер, направлявшуюся к своему дому. Какой-то старик.
— Верно. Но никто не видел, как они садились в машину или разговаривали с кем-либо. Это, может быть, самое важное, что у нас есть.
Он похлопал Билла по плечу и пошел дальше.
— Детектив!
Хокинс снова остановился.
— Когда мы были там, говорили с Хейли… мы могли… Возможно, мы давили на нее слишком сильно.
Брови Хокинса поднялись, лицо помрачнело.
— Да, похоже, так оно и есть.
— Не могли бы вы сказать ей… сказать им, что я сожалею?
Хокинс кивнул и зашел в лифт.
Билл вдруг сообразил, что он сейчас слоняется в вестибюле, как будущий отец в старом фильме. Эта мысль отдалась болью в сердце. Он живо вспомнил день, когда Джулия рожала Саммер. Он держал ее за руку, доктор давал указания таким голосом, будто читал сказку на ночь. И затем родился багровый ребенок, весь в слизи, который скользнул в руки акушера, как гигантское желе.
Какое облегчение испытал Билл в тот момент! И как же он любил их обеих — Джулию и Саммер! Каким ясным и полным возможностей виделось будущее!
Он позвонил Пейдж, чтобы услышать дружеский голос. Но она так и не ответила, а затем прозвучало сообщение голосовой почты: веселый голос Пейдж сказал ему, что он знает, что делать, если хочет, чтобы она перезвонила.
Билл отключился.
Он вошел в магазин подарков и стал выбирать журнал или книгу, чтобы отвлечься. На обложках журналов сияли беззаботные улыбки мировых знаменитостей. Обложки романов были темными, с затейливыми шрифтами и убегающими героинями, оглядывающимися через плечо на преследователей — злобных убийц.
Билл засомневался, что может найти здесь хоть что-то нормальное.
Он отвернулся от стойки с книгами и прессой и увидел, что Тина Эверетт входит в вестибюль больницы. Девушка огляделась, широко открыв глаза, как будто не знала, куда идти. Билл вышел из магазина подарков и направился к ней. Подойдя к ней ближе, он позвал ее по имени.
Она подскочила на месте:
— Ой! Мистер Прайс. Вы меня напугали.
— Я не хотел. Ты выглядишь так, будто тебе нужна помощь…
— О… Я приехала проведать Хейли.
Она молчала, дергая вверх и вниз застежку-молнию своей зимней куртки и глядя себе под ноги.
Наконец она сказала:
— Ребята говорят, что она очнулась. Что она уже разговаривает и все такое.
— Она пришла в себя, это правда.
Билл слегка сместился вправо, пытаясь поймать взгляд девушки.
— Но она все еще очень слаба. Сейчас с ней беседует полицейский.
— О… — Тина явно было разочарована. Уголки ее губ опустились. — Скоро он уйдет?
— Я не знаю, но я не уверен, что Хейли может принимать столько посетителей. Как я уже сказал, она очень слаба, и память не вернулась к ней полностью. Она все еще пытается вспомнить все, что с ними произошло, и это может занять много времени.
Билл знал, что ему не удалось скрыть своего разочарования, и Тина это видела.
— Она еще нескоро все вспомнит? — спросила она.
— Может быть. А что?
Тина пожала плечами, пытаясь показать, что спросила просто так.
— Я только хотела поговорить с ней. Знаете, передайте ей, что я желаю ей скорейшего выздоровления.
— Думаю, вскоре ты сможешь сама сказать ей это. — Билл пытался выглядеть спокойным. — Она вне опасности. Постепенно она будет возвращаться к нормальной жизни.
— Как долго? — быстро спросила Тина.
— Как долго что?
— Как долго ждать того момента, когда она сможет все вспомнить?
— Никто не знает, — сказал Билл. — Хотел бы я сказать тебе это. Можешь прийти снова через пару дней. Тогда она, наверно, сможет принимать гостей. Уверен, так и будет.
— Через пару дней? — Тина выглядела разочарованной, как будто Билл сказал «через пару лет».
— Что-то не так, Тина? — спросил он. — Тебе нужно срочно что-то сказать ей?
— Нет, все в порядке. — Она продолжала дергать молнию, вверх и вниз, вверх и вниз.
И она начала пятиться к двери. «Я только хотела поговорить с ней». И тут Билл вспомнил кое-что.
— Ты разговаривала с Брэндоном Куком на днях? Он говорил мне, что ты приходила к нему домой.
— Увидимся, мистер Прайс, — сказала Тина. — И я молюсь о Саммер. Постоянно.
