Она закусывает губу, накидывается с любопытными расспросами:
— Ты видела его татуировку? Это Асгар?
Мотаю головой и тяжело вздыхаю:
— Я видела кровь… Прожгла ему кожу аж до мяса. А может даже до костей.
Ландия разочарованно притопывает ножкой.
Аланья ухмыляется:
— Ландия спит и видит, как бы сосватать братца за какую-нибудь человечку.
У драконицы загораются глаза.
— Это – моё безумное желание. Как же мне хочется, чтобы Асгар перестал строить из себя зажравшегося сноба.
Ландия разворачивается к алтарю, идёт к божественным скульптурам – три воплощения Драго и магинечка Елена. Становится на колени перед ними на алую подушечку на полу, прикладывает пальцы ко лбу в обережном жесте. Шепчет молитву.
Поражаюсь. По мне, так дырка от алколайна – и то, более щадящее наказание для Асгара.
Мы с Аланьей тоже прикладываем пальцы в обережном жесте и молимся каждая о своём.
Я прошу Драго простить меня за выходку с алколайном, прошу чтобы у Асгара всё, действительно, было хорошо. Другую руку я неосознанно кладу на живот. Я до сих пор сомневаюсь, что беременна. Пытаюсь понять, как же такое может быть.
А сама горячо молюсь за маленького малыша. На всякий случай. Да, я не верю. Но почему-то я уже его люблю…
Странное дело… Сквозь пальцы пробивается лёгкое свеченье, исходящее из живота. Дракончик реагирует на проявление моих чувств?
Наверное, именно в это мгновенье, я отчётливо понимаю, что да. Я больше в этой жизни не одна. И несмотря на сложность ситуации, я улыбаюсь. Хоть, моя жизнь больше не будет прежней никогда.
Ландия встаёт с колен и ныряет за возвышение с алтарём, к статуям богов. Зовёт:
— Эй. Дело есть. Я вас сюда не просто так притащила.
Я мягко поглаживаю живот, шепчу:
— Тшш, маленький, мы никому не хотим показывать наш секрет.
Свет между пальцев угасает.
Драконица наступает на ступню одного из воплощений Драго, обутую в сандалию, торчащую из-под бронзовой мантии. Пол за алтарём двигается, кладка проваливается, оставляя прямоугольник прохода с лестницей, ведущей вниз. В наше секретное место, которое мы нашли, когда ещё раньше прятались от Асгара.
Тайный лаз в каменный карман под алтарём – хранилище древнего гримуара.
Ландия вздыхает и тараторит:
— Во-первых, нам снова надо пережидать гнев Асгара. Вы глазом моргнуть не успеете, как он придёт в себя и станет нас искать, чтоб поквитаться. Пусть остынет.
Драконица посылает магические огоньки, осветив проход. Мы лезем в узкий лаз.
— А, во-вторых, — она продолжает, — давайте-ка поищем в гримуаре что-нибудь о чарах, которые могли подправить вашу память.
Страницы древней рукописи захватывают наше внимание настолько, что мы перестаём смотреть на время. Подозреваю, книга сама находится под чарами. Отслеживаю, что, читая, мы погружаемся в медитативный транс.
Тесная комнатка с невысоким потолком наполняется образами прошлого, и даже отголоски звуков витают вокруг нас.
Оказывается, существуют чары принуждения – природное явление, издревле находящееся под контролем ведьм. Но, часть этих чар были утеряны в ходе истории. Скорее всего, были украдены или незаконно присвоены. Предположительно, осели в каком-нибудь драконем роду и тщательно скрываются уже сотни лет.
Так-то, ментальное принуждение вне закона. Но, кто ж заметит использование древних чар?
Ландия читает громко вслух, а в комнате появляется изображение высокой стройной девушки с распущенными длинными волосами до колен. Ведьма – одна из последних хранительниц волшебных чар.
После её убийства, чары больше никому не передавались, чтобы не вводить драконов в алчное искушение. Чары запечатали под замок. Но части их не досчитались.
Древняя красавица ведьма со страниц гримура разворачивается, поднимает лицо, оторвав взгляд от пола и смотрит прямо на меня.
Я вздрагиваю. Её глаза светятся голубым.
Да, это всего лишь искусная иллюзия, красивая картинка древних из старинной книжки. Мне совершенно ничего не грозит.
Но!
— Девочки, — шепчу пересохшими губами, перебивая чтение Ландии. — Я точно видела такие глаза, светящиеся голубым. Здесь. В академии ДРАГОН.
Свечение превращается в туманную голубую дымку, заволакивая ведьме лицо.
— Точно. Я уже видела такое. Но, я не помню, у кого.
Ко мне присоединяется Аланья:
— У меня тоже ощущение де-жа-вю…
Мы заворожены картинкой, рассматриваем её с открытым ртом, пытаясь вспомнить… Но, воспоминания прочно скрыты. Если, они, вообще, остались в голове.
Хлопок вырывает из лёгкого транса. С хлопком иллюзия ведьмы исчезает.
Мы с Аланьей смаргиваем – это Ландия захлопнула гримуар.
Она в сердцах восклицает:
— Так и знала! Кто-то залез к вам в голову и подправил память. Ну, если, Асгар приложил к этому руку…
У меня в животе урчит. Я понимаю, что сильно хочу есть. Прикладываю руку к животу – явно, не только я одна здесь голодна.
— Девочки, может успеем ещё на ужин? С голодным желудком, я просто не усну.
Мы выбираемся из нашего убежища, Ландия смотрит на часы за алтарём.
— Ого… девочки, девять вечера. Если отец вернулся и увидит, что меня ещё нет дома, — она затихает и прикрывает рот рукой. — Простите, я побежала…
