Как хорошо, что позже я всё-таки стащил у моей девочки артефакт. Заодно немножечко пощупал во всех «неположенных» местах. И когда тайком проник в милую белокурую головку, то захлебнулся от её чувств ко мне, которые Ашара старательно пыталась спрятать от самой себя.
Так мило возмущалась и отказывалась продолжить у меня.
И я, дурак, был уверен, что у нас целая жизнь впереди.
Подкидываю артефакт, с силой сжимаю в кулаке, прогоняя отупение и ступор.
Без этой долбанной брошки, я могу лучше «слышать» птичку. Мне очень страшно за неё. Немного успокаивает то, что я отчётливо ощущаю нашу связь. С Ашарой и с малышом всё в порядке. Они живы. По крайней мере, пока… Холодом сковывает грудную клетку.
Всё будет хорошо, птичка.
Я спасу вас.
Тем более и Асгар решительно настроен. Уверен, после его речи и остальные драконы помогут нам.
Я смаргиваю.
Когда это Брайли появился в холле?
И что творит Асгар?
Он душит Брайли?
Он душит Брайли? Кричит в его лицо с выпученными глазами:
— Мне срать на твою стерву-мать. Имел я её во всех позах! Какого Драго она имеет отношение к похищению? Я и её сам задушу, своими руками. Пусть только волосок упадёт в головы сестры.
— Не знаю… — хрипит Брайли посиневшими губами на покрасневшим от натуги и нехватки кислорода испуганном лице.
Пару друзей пытаются отцепить Асгара от Брайли. Я присоединяюсь, разжимаю пальцы друга, которые не дают сосунку дышать. Кричу:
— Стой. Он так ничего не сможет рассказать.
Асгар чуть ослабляет хватку. Тяжело выдыхает, вместе со струйками пара из носа, которые пугают Брайли так, что он закатывает глаза, собираясь отправиться в спасительный обморок.
— С чего ты взял, что Брайли, и тем более его мать, имеют отношение к похищению?
Асгар отталкивает Брайли так, что тот теперь оказывается в моих руках, выплёвывает вместе с паром:
— Брат с ректором Луцером рассказали, что девушек похитили из ресторации в городе. Что удалось отследить остаточный магический след, по которому видно, как на девушек наложили чары принуждения. И это сделала мать Брайли с одним из драконов, с которыми живёт.
С недоумением смотрю на Брайли, которого держу за шкирку и сдерживаюсь, чтобы не начать душить, как только что делал Асгар. Внутри вскипает ярость, и Брайли прекрасно это понимает.
Зачем кому-то похищать девушек из академии?
Брайли же сжимается в комок и принимается лепетать осипшим голосом:
— Мать поделилась со мной чарами принуждения при моём рождении, — голос срывается и трудно разобрать. — Но, больше она ничем со мной не делится. Она презирает меня.
У Брайли на глазах выступают слёзы. Сосунок. Плаксивый подлипала. Он жалуется на мать.
— Мать никогда меня не любила. Ещё больше мать ненавидит моего отца – дракона, от которого забеременела мной.
Асгар презрительно кривит губы:
— Его мать – первая несчастная любовь дядюшки Луцера, которого брат отрядил к нам ректором. И да, она предпочла Луцеру дракона… Разбила ему сердце. Уже очень давно. Примерно в те времена, когда мы вылупились из яиц. Прекрасно сохранилась, потаскушка. Я иногда потрахивал эту тварь.
Я реально не догоняю.
— Сколько ей лет, Асгар? Ты что, по бабушкам пошёл, извращенец?
— Мать Брайли пьёт кровь драконов. Об этом мало кто знает, но их кровь помогает ей не стареть. Просто в Драконьем Совете считают, что она родила Брайли от истинного дракона и поэтому не стареет.
Брайли пищит:
— Неправда, они – истинная пара с моим отцом.
Асгар орёт:
— Тогда какого Драго они живут втроём? Твоя мать и два дракона? Какого Драго твоя мать имеет любовников на стороне? Я сам её имел ни один раз.
— Заткнись, — выкрикивает Брайли, он реально плачет. — Ты врёшь, — размазывает сопли и слёзы по лицу. — Это всё Малори. Второй дракон. Мой отец ни при чём. Я слышал, как Малори обсуждал с матерью, что у него будут дети от каких-то человечек…
Брайли поскуливает:
— Я ещё радовался, что мать, наконец, выгонит Малори из нашей семьи. Что останется и будет счастлива с моим отцом.
Тут уже не выдерживаю я. Мне плевать на драму в семействе Брайли. Ещё больше плевать на то, от кого забеременели остальные студентки.
Ребенок Ашары – мой! И маленькая Ашара –моя!
Теперь пар валит из носа у меня. Срываюсь на крик:
— Куда. Они. Забрали девушек?
Дракон Брайли жалобно скулит, пугаясь и прося пощады.
Жалкий сопливый нытик.
— Не знаю… Не знаю… — твердит, как заведенный.
Асгар подскакивает и отвешивает ему подзатыльник, выбивая несвязные слова из трясущегося в моих руках хлюпика.
— Я слышал что-то про Драконье Ущелье в их разговоре. И больше ничего!
Это плохо. Драконье Ущелье – просто огромное. И там разряженный магический фон. Туда не построить портал. Только на самый край ущелья.
Вот, почему мне так плохо «слышно» Ашару.
Я выпускаю жалкое ничтожество из рук. Дрожащий Брайли мешком оседает на пол.
Даже не знаю, чего он больше вызывает: жалость или брезгливое пренебреженье.
Асгар бьёт меня по плечу.
— Ну что, Дори, та человечка и, правда, твоя истинная? Ты не врал про вашу истинную связь? Сможешь отыскать её в ущелье? Мне надо спасти сестру.
