Киваю, пряча смущенье, улыбаюсь.
— Амир, мы приглашаем тебя в гости. Нам надо поговорить.
Дориан открывает Амиру доступ в земли. Брат тут же приходит через портал.
Он сразу же бросается ко мне.
— Сестрёнка, прости за мою бурную реакцию. Но я должен переспросить. Ты хочешь, чтобы я забрал тебя? Можем уйти прямо сейчас.
Дориан злится. Встаёт с кресла и рычит, перебивая:
— Это я тебя сейчас вышвырну обратно. Туда, откуда ты пришёл!
Амир разворачивается, хочет закрыть меня спиной. Но я быстрее. Вскакиваю, протискиваюсь между ними.
Брат пытается схватить, чтобы запихать к себе за спину, но я бросаюсь на грудь к Дориану, руками обвиваю его шею.
— Дори, пожалуйста, не злись.
Амир возмущается:
— Ашара, как ты ему можешь доверять?
Ловлю взгляд Дориана, мысленно говорю по нашей связи: «Я тебя люблю. Пожалуйста, не ругайтесь!».
Он тяжело выдыхает, плотно сжимает губы, обнимает за талию, успокаиваясь.
Я разворачиваюсь в кольце мужских рук, натянуто улыбаюсь брату, спиной плотнее прижимаюсь к Дориану.
— Амир. Я для себя всё решила. Пожалуйста, держи себя в руках.
Теперь руки Дориана у меня спереди. Он расправляет ладони, нежно обхватывает мой животик, который едва заметно, но кажется начал округляться. Сквозь его пальцы пробивается лёгкое свечение.
Брат завороженно смотрит, с досадой говорит:
— Зря я тебя отправил в академию. Напрасно оставил там одну. Не усмотрел, не уберёг…
Дориан порыкивает, плотнее прижимает, но пальцы нежно поглаживают мой живот.
Я пытаюсь достучаться до брата.
— Амир, ты так неправ! Дориан – мой истинный. И я его люблю.
Мой дракон сдерживает недовольный рык, обращается к брату:
— Я люблю Ашару. Я сделал предложение, мы поженимся. И мне неважно, хочешь ты этого или нет. Так же, как мне плевать на возражения моего рода. Драконий совет и закон на моей стороне.
В разговор вмешивается ректор, который до этого наблюдал молча.
— Думаю, твой род изменит мнение, Дориан. Когда узнает о происхождении Ашары.
Амир удивленно восклицает:
— Господин Луцер?
Тот встаёт с кресла, идёт к брату, раскрыв объятия:
— Амир, мальчик мой! Как же ты повзрослел.
Мужчины обнимаются, хлопают друг друга по плечам.
— А вы совсем не изменились за столько лет.
Обстановка разряжается. Ректор настойчиво усаживает Амира в кресло. Сам садится. Мы с Дорианом тоже. Только мой дракон не готов меня выпустить из своих лап загребущих, садится в кресло, утянув за собой, усаживает на колени, так и не разомкнув пальцев на моём животе.
«Дориан, как это неприлично!» — пытаюсь возмутиться, чтобы никто не слышал кроме него.
«Р-ррр-ррр!» — раскатывается эхом в голове.
Впечатляюсь.
«Всё. Всё. Молчу», — ёрзаю, устраиваясь удобней.
«Так-то лучше, послушная моя…»
Он говорил, что когда я послушная, то возбуждаю. Краснею, чувствуя подтвержденье попкой через юбку.
«Дориан!»
«Когда же они все уже уйдут!»
Ректор расспрашивает брата:
— И почему же ты скрывался столько лет?
— Пожар в нашем доме произошёл неслучайно. Драконы устроили поджог.
Амиру удаётся удивить Луцера, который возражает:
— В официальных отчётах зафиксирован несчастный случай.
С горькой ухмылкой Амир тянется к бутылке вина на столе и наливает, не ожидаясь, пока ему предложат.
— Официальные отчёты врут. У меня есть доказательства. Возгорание произошло от драконьего огня. И я намерен завести дело.
Господин Луцер давится вином на словах брата, а Дориан вздрагивает и застывает в напряженье, внимательно вслушиваясь в дальнейший разговор.
Ректор отставляет недопитый бокал.
— Завести дело? И кто же согласится вести его и выступить против драконов? Такого прецедента еще не было в практике закона. У людей с драконами разные законодательные сферы.
Амир много лет работает дознавателем обвинения в суде, достиг высокого положения у нас в селении, его уважают, боятся и часто лебезят перед ним. Но чтобы выступить с официальным обвинением против драконов? Поэтому последнее время он частенько наведывался в столицу?
Амир пожимает плечами:
— Я.
В гостиной повисает тишина.
Брат отпивает вино, перекатывает напиток на языке, распробуя на вкус. Слегка кивает, в знак одобрения. Или каким-то своим мыслям. Пускается в объяснения:
— У меня десять лет практики дознавателем обвинения в суде и много времени и сил, потраченных на изучение и сопоставление законодательных баз. Я нашёл параллели и лазейки. Я создам прецедент. Тем более сейчас, когда такой яркий политический курс на сближение между нашими расами.
Амир бросает очередной недобрый взгляд на меня, окидывает снисходительным презрением Дориана.
— Драконий совет встаёт на сторону смешанных браков. Ещё и прикрывается сказками об истинности пар…
Я не могу смолчать:
— Ты не веришь? Амир, но это – правда!
Мне так больно, что брат считает меня лгуньей.
— Ашара, не знаю, что тебе твой дракон наговорил, но драконий совет всего лишь переживает за демографическую ситуацию своей вымирающей расы. Они всё что угодно придумают и наговорят, насочиняют сказок для таких наивных девочек, как ты, — выразительно смотрит на мой живот. — Лишь бы получить здоровое потомство.
