Сейчас, идя по коридорам академии, когда розовые очки и хорошее настроение бесследно исчезли, я видела взгляды. Косые, заинтересованные. Но никто не решался подойти и спросить напрямую. Или отвесить какую-то шуточку. Осознание того, что вокруг все просто шепчутся, но не предпринимают никаких решительных действий, заставило меня изменить отношение к ситуации. И кто в проигрыше? Целая академия адептов, которые говорят за спиной у двоих людей и бояться сказать в лицо свои мысли, или эти двое — которые не побоялись ничего?
Распрямив плечи, я пошла прогулочным шагом по саду. Погода прекрасная — ветер не дует, светит солнышко, снег переливается под его лучами. Найдя более-менее нелюдное место, я присела на скамейку и подставила лицо к небу. Прикрыла глаза и с блаженной улыбкой стала вспоминать сегодняшнее утро.
Но оно настойчиво не хотело повышать мне настроение и вместо приятных воспоминаний — разговор с Торой и ее победная усмешка. Подруга волновалась за меня, я это видела, но ожидала несколько другого разговора, нежели подтверждение сплетен.
«Отомсти ей», — шепнул мне кто-то на ухо. Я вздрогнула и обернулась, но никого не увидела.
Слова эхом прозвучал в голове вновь. Я опустила взгляд на руки и посмотрела на браслет-артефакт. И с ужасом осознала, что мой дар заговорил. Я едва ли не закричала. Дыхание сперло, словно встал ком в горле. Паника захлестнула с головой.
— Что тебе надо? — дрожащим голосом произнесла я, хватаясь за голову. — Отвечай, — процедила я сквозь зубы.
Но Тень мне не ответила. Я приходила в себя около десяти минут. Из транса меня вывел знакомый голос.
— Я присяду? — тихо спросила Тора. Я подняла на нее глаза и она испуганно ахнула. — Что с тобой, милая?! — она присела на корточки рядом со мной и схватила меня за лицо. — Почему у тебя полопались сосуды в глазах?!
— Не знаю, — грубым, низким, не своим голосом ответила ей я и прокашлялась. — Не знаю, — повторила уже своим голосом. Но от подруги этого не скрылось и она с ужасом смотрела на меня.
— Что происходит с тобой?
— Может, ты хочешь знать, что происходит между мной и Резерфордом? — не удержалась я от колкости.
— Нет. Я хочу знать, что только что сидело в тебе, — серьезно ответила подруга.
— Я не готова говорить об этом, — ответила я ей сипло после недолгого молчания.
— Будь я тупой, я бы уже обиделась и не разговаривала с тобой до конца жизни, — раздраженно сказала подруга, заставив меня изумиться ее сегодняшней эмоциональности. Тора присела на скамейку рядом со мной. — Но я не глупая и обижаться не буду, если ты пообещаешь, что не перестанешь дуться на меня за выходку в столовой.
Я хмуро глянула на подругу.
— Хорошо, — неуверенно кивнула я, чувствуя, что обида и раздражение никуда не ушли. Мы сидели молча несколько минут.
— Ну, я пойду? — неуверенно сказала подруга. Я ничего не ответила, смотря себе под ноги в одну точку. Тора молча встала и ушла, не попрощавшись.
— Прекрасно, — горько усмехнулась я, понимая, что наша крепкая дружба больше никогда не будет такой крепкой.
Слухи по академии разносились быстро. Удивительно, но главной персоной был не Резерфорд (подозреваю, просто боялись), а Элберт. Говорят, его отправили домой, в долину оборотней, утром. Разбирательства с его неконтролируемым частичным перевоплощением пройдут у него на родных землях. Говорят, его могут исключить за подобную выходку.
И все из-за меня.
Тим, стражник, Элберт… Казалось бы, каждый из них нанес мне вред. Тим чуть не убил, стражник — чуть не изнасиловал, а Элберт взбесился и приревновал. Придумал себе не пойми что про какие-то отношения со мной. Но у каждого из них теперь сломана жизнь. Потому что связались со мной.
Я лежала в комнате и смотрела в потолок, когда от ректора пришла записка: «Жду у себя. Сейчас же».
Отреагировала я молниеносно: мне нужна была встряска, поскольку к вечеру я абсолютно и безвозвратно раскисла, о чем говорят заплаканные глаза и растрепанные волосы. Их я тут же завернула в неопрятный пучок. Накинув теплое пальто поверх платья, побрела по темноте к ректору.
Постучала и дождавшись «Войдите» — послушно прошла в кабинет.
— Здрасти, — буркнула я, останавливаясь у двери. Хмурым взглядом осмотрела присутствующих: мастера Резерфорда и ректора.
— Привет, привет, — поприветствовал меня ректор неизменно улыбаясь. Мастер кивнул. — Присаживайся, — мужчина указал рукой на стул. Я послушно присела и сложила руки на коленях, как прилежная ученица. — Этан, не оставишь нас?
— Нет, — сухо ответил он. Ректор усмехнулся и кивнул.
— Кристалл, я позвал тебя по одному щекотливому вопросу… — он замолчал и выжидающе посмотрел на меня. А в глазах таилась надежда, что я сама все скажу. Но я, равнодушно глядя на его, слегка склонила голову набок. Ректор вздохнул. — Мне нужно подтверждение, действительно ли тот стражник… напал на тебя, а профессор Амалия Кастро прошла мимо, не предприняв попытки помочь тебе.
— Это действительно так, — незамедлительно ответила я. — На этом все?
