Хватило пары минут, чтобы все оказались на своих местах, осторожно прикрыв за собой двери кабинетов. Щелкнули язычки замков, запирая двери. Ещё вчера Петров получил от Шиловского дубликаты ключей от всех дверей в здании, кроме его отдела. Насмерть встал, брызгая слюной, что не отдаст, хоть увольняйте его.
У крайнего окна здания раздалось еле слышное шуршание, легкий скрип по стеклу технического алмаза на стеклорезе, еле слышный хлопок — кусок вырезанного стекла был вытянут специальной присоской.
Скрипнула дверная ручка, повернутая протянутой рукой, через круглое отверстие в оконном стекле. Открылась оконная створка, а потом две фигуры проскользнули в окно.
Затем вторая двойка — один за другим проникли в здание и замерли, прислушиваясь к звукам внутри помещения. Поворот ручки и язык замка отошёл в сторону, дверь медленно приоткрылась. Две фигуры, одна за другой, осторожно выскользнули в коридор и замерли.
Минута ожидания и первый двинулся вперёд, осторожно нажимая на полотна дверей, проверяя — закрыты или нет. Все двери были заперты.
Давид подождал минуту, а потом выглянул в коридор, где увидел, что один из его людей находится рядом с лестницей. Осматривая лестничный пролёт и часть видимого ему коридора на втором этаже.
Никого не обнаружив, жестом показал следовавшему за ним, что идёт наверх, а потом осторожно пошёл по ступенькам вверх. Оказавшись на втором этаже, он оглядел коридор, а потом махнул напарнику подниматься.
Действуя согласно инструкциям, данных Давидом ещё на базе, двое на втором этаже проскользнули к нужной им двери. Пока Давид и его напарник расположились у лестницы: подчиненный Давида пересек лестничный пролет и прижался к стене, контролируя коридор и часть лестниц; Давид остался с другой стороны, контролируя свою часть коридора и свою часть лестницы.
— Тахат! (Задница! — прим.) — ругнулся стоявший на колене у двери, рассматривая замки.
— В чём дело, Гидон, — шёпотом спросил его напарник, стоявший поблизости от него. — Проблемы?
— Нет, но времени потребуется больше, — из карманов «разгрузки» доставались многочисленные приспособления для вскрытия замков, раскладываемые на пол перед дверью.
В советские времена строить и делать умели. Толстенная металлическая дверь и два замка, не проблема для специалиста, но может занять много времени.
— Давид! — щелчок и тихий голос в гарнитуре.
— Да! — отозвался тот, нажав на тангенту.
— Полчаса, — доложил Гидон.
— Действуй! — приказал тот в гарнитуру. — Я алла (восклицание недовольства, — прим.) — это уже не в рацию. Давид был недоволен, задержкой, но ничего поделать не мог.
Его напарник с другой стороны лестницы, дёрнул головой вверх, выражая молчаливый вопрос, а Давид неопределённо помахал рукой в воздухе. Подчинённый понял недовольство Давида без слов.
Гидон был о себе плохого мнения. С замками он справился за двадцать минут, подобравшись к металлическим штифтам в замках с помощью своих приспособлений. Первый замок «пошёл» тяжело, зато второй открылся за пять минут.
— Давид, я открыл, — гордо доложил Гидон в гарнитуру.
Сказано было тихо, но те, кому было надо, услышали эти слова.
— Зимородок! Глуши! Захват! — раздался в эфире голос Петрова.
— Плюс! — короткий ответ парня из технической службы и эфир на всех диапазонах заполнила какофония звуков и статических помех, не давая возможность пользоваться рациями.
На втором этаже с оглушительным звуком грохнули о стены двери, распахнутые со всей силы. Раздались дикие крики и мат. Послышались звуки схватки. Петров с двумя бойцами «вязали» непрошенных гостей.
— Работает ОМОН! — заорал Роман, выскакивая из ближайшего к лестнице кабинета, за ним выскочил Михаил.
В этот момент издалека принёсся звук подрыва чего-то очень громкого!
— Сука! — выругался Герман.
Когда прошёл сигнал начала захвата, то он попытался открыть дверь, но она не открылась. И он со все дури, всем телом, ударил в дверь, «выйдя» вместе с ней в коридор. И только там понял, что с какого-то хрена, эта дверь открывалась не наружу, а внутрь помещения.
Давид сразу сообразил, что они провалили операцию, когда поднялся дикий грохот и крики. Дернулся в направлении напарника, на которого навалились две фигуры. Но мгновенно развернулся, услышав сильный шум позади себя. Увидев рухнувшую на пол дверь с косяком и кусками кирпича.
Герману хватило пары секунд, чтобы вскочить на ноги, с выбитой им двери:
— И кто ты, воин?
Тон, которым был задан этот вопрос Давиду, показался ему абсолютно издевательским…
«Прокурорский следователь!» — мгновенно опознал противника Давид.
Его ребята, в первые дни нахождения в городе, успели сделать несколько фотографий директора завода, начальника милиции посёлка Сылва и вот этого…
Полный провал! Поднять лапки? Ну нет, он воин, а не какой-то запуганный гражданский, и Давид принял решение.
Не говоря ни слова, он сорвался с места, обозначил удар левой рукой в корпус противника, на самом деле нанося удар правым боковым в висок противника.
