– Этим уже я на больную мозоль наступил. Да и вообще, если уж говорить откровенно, во всей этой буче по большей части я виноват. Косвенно, правда. Обстоятельства так сложились. Но то длинная история и ее рассказывать надо с самого начала. Рано или поздно, а я склонен полагать, что скорее рано, к нам так и так бы «гости» пожаловали. При переносе в этом мире случился большой бадабум. Зеленые, так как живут в степях за рекой, от великой пустоши, как ее местные называют, видели это глазами и слышали ушами, потому и были первыми. Однако еще случился большой выброс магической энергии, и местные маги ее учуяли. Ну, мне так думается. Иначе с чего бы, когда я только еще второй день шел по пустошам, в нашу сторону гномий дирижабль перся? Эти ребята ушлые, своего не упустят, а потом я объявился и своими действиями, сам не зная того, нарушил политические интриги в одном уважаемом клане.
– А чего ты вообще к ним поперся?
– Да ты понимаешь, прижала нас магическая живность к реке. Пешком не дошли бы. Порвали б как тузик промокашку. Там такая тьма собиралась, ужас просто. Пришлось уходить водой. Мы тогда, по случаю, разжились гномьим пароходом и пиратским парусником. Вот только пароход такой, что по морю ходить не особо умеет, а парусником управлять некому. Пришлось идти туда, куда ближе всего. Тем более что на пароходе мы хозяина этого судна освободили… а там пошло-поехало как снежный ком накручиваться. Говорю же, длинная история, и лучше я ее подробно руководству изложу со всеми раскладами политическими. Тем более что я не с пустыми руками. Магические технологии привез и знания, а также потенциальных союзников.
– Магические?
– Ну да. Вот, к примеру, ты говорил, что с топливом беда.
– Говорил.
– А я смогу решить эту проблему. Обратил внимание, что ни одной дымовой трубы на пароходе нет?
– Да.
– Так это потому, что их и нет. Котел греет магия, и этого добра тут хоть залейся, черпать не вычерпать, Гарик. Я магию имею в виду. Хватит и на электричество, и на технику.
– Во дела.
– А видел карабины у моих бойцов, что ты за огнестрел принял.
– Видел.
– Пневматика, по мощности не уступающая огнестрелу, при этом тоже на магии. Безгильзовый боеприпас. Смекаешь? А еще сама боевая магия. Она тоже убойная штука и в некоторых случаях сто очков вперед нашему оружию даст. А уж если это все совместить, то самому страшно становится. Так что мне бы скорее с отцами командирами пересечься. Чую, разговор будет длинный и по шапке мне настучат капитально. Я гляжу, у тебя «Северок» с собой. Ты бы связался, пусть начальство собирается уже. А мне бы еще больных устроить к медикам. Там в общем-то народ на поправку идет, ничего серьезного уже, но не держать же гостей на судне. Условия у нас стесненные, сам видишь. Опять же, господа, так сказать, официальные лица. Встретить надо по-человечески и переговоры переговаривать. Плюс наших, кто с парохода сойдет, надо как-то устраивать.
– Да уже маякнул. Самое главное начальство к причалу мчится, во главе своей супруги. Ждали тебя сильно. Почитай, Евгения Михайловна единственная, кто все это время верил, что вернешься. Так что не забыли тебя, Серега. Не забыли.
Нет, все-таки вернуться домой – я вам, братцы, скажу, здорово. Особенно если возвращаешься не на пепелище и тебя встречают родные люди. Родные, может быть, не по крови… хотя тут как сказать. Скорее не прямые родственники, но кровь нынче у нас одна – русская. А если тебя при этом встречают не пара человек, а на причале тесно от толпы и вся это куча народа радостно гомонит, так и вовсе на душе теплеет, да в глаз как обычно что-то попадает. Видимо, с возрастом начинаю становиться сентиментальным. Уж и не знаю, с чего вдруг такой ажиотаж. За редким исключением, ни с кем из этих людей я незнаком. А вот поди ж ты. И пусть хлеб-соль не поднесли, и уж тем более не имелось жареного поросенка, которого вручают по старой традиции ВМФ вернувшемуся из дальнего похода экипажу, но запотевшая рюмка водки и хрусткий соленый огурчик на подносе присутствовали. Ну, раз такое дело, надо соответствовать ситуации. Не будем разочаровывать людей.
– Экипа-а-аж!!! – ору в жестяной рупор. – Свободным от вахт построиться на причале, слева от трапа, согласно штатным группам.
Народ тоже проникся торжественностью момента и включился в игру. Выглядело это даже слегка комично, никто ведь не готовился к подобному и заранее не репетировали, к тому же одежда у всех кто во что горазд. Отсутствие единообразия сразу в глаза бросается. Ну и пусть. Плевать. Зато сразу видно, кто причислил себя к экипажу и в дальнейшем себя видит только в нем, а кто были лишь временными людьми. Теми, кого я все время называл балластом. Ну и слава богу. Пятнадцать лишних ртов и тридцать ленивых рук долой. Пускай теперь у Генки голова болит. Подхожу к нему. Ну и, как положено, рапортую, раз уж начали такую игру.
– Товарищ… э-э-э…
– Комедант, – шепчет Евгения, стоящая с подносом рядом.
