Мы медленно и осторожно шагали, ноги хлюпали кровью. Нашей конечной целью была ванна, и как — то она казалась все дальше от нас. Я озаряла фонариком стены, мозаика мелких плиток на первый взгляд казалась абстрактной.
Если приглядеться, силуэты что — то напоминали.
Черного козла.
Ворона.
Летучую мышь.
Ребенка в шерсти и с красными глазами.
Рога.
О, боже.
— Декс, — резко прошептала я, не могла справиться со страхом во мне, со страхом из — за этих картинок, бьющих меня по голове. — Смотри.
Мой фонарик дрожал, и луч на картинках плясал, пока Декс подносил камеру ближе, снимая плитку.
— Что это такое? — выдохнул он.
Плеск из ванны разнесся эхом по комнате.
Мы охнули и повернулись к ней, сосредоточив на ней оба луча света.
Вода двигалась, текла за края красными волнами, текла к нам.
Но мы не двигались.
Не могли.
Мы не могли отвести взгляда от ванны, где медленно поднималась ладонь из кровавой воды. А потом рука. Бледная, с черными полосами, рука мертвой женщины.
Рука дотянулась до края ванны, длинные костлявые пальцы прижались к фарфору.
А потом голова поднялась, как кошмарная луна.
Белое лицо, черные волосы, черные глаза, черные зубы.
Женщина в океане.
Она улыбнулась мне.
«Снова здравствуй», — сказала она.
А потом она ужасно быстро выбралась из ванны на пол, пошла к нам на четвереньках.
Я закричала так громко, что все тело содрогалось.
Декс сжал мои руки, крича со мной, и побежал, толкая меня перед собой, мои ботинки скользили по крови.
Я упала за дверью на паркет, ладони остановили падение.
Я закричала, перевернулась, смотрела, как Декс закрывал дверь.
— Нужно идти, — безумно сказал он, поднимая меня на ноги и потом закидывая себе на спину во второй раз за много дней.
Он побежал по лестнице ко второму этажу.
— Что за фигня! — заорал он.
Я не успела спросить, что случилось, не могла формировать слова с таким уровнем ужаса в себе. Декс врезался во что — то с грохотом, и все остановилось.
От удара мы оба отлетели, и я рухнула на пол, в этот раз пострадало плечо.
— Черт, — закричала я от ужаса, а не боли.
Я потянулась к Дексу или фонарику, но ничего не было.
— Прости, маленькая леди, — услышала я голос Максимуса во тьме. — Я не знал, смогу ли остановить вас.
Я ощутила ладонь на своей руке, и знала, что это был не Декс. Максимус сжал мою руку, наверное, пытаясь успокоить, хотя вряд ли меня можно было сейчас хоть как — то успокоить.
— Декс? — с тревогой сказала я.
— Боюсь, я его вырубил, — отметил Максимус. — У тебя есть фонарик?
Фонарик? Призраки не видели в темноте?
Я медленно села, потянулась рукой и нащупала фонарик. Я стучала им по земле, пока свет не загорелся, я быстро покрутила им вокруг себя.
Декс лежал на боку, Максимус стоял в стороне, глядя на Декса с тем, что я могла назвать только изумлением, в глазах.
— Он в порядке? — спросила я, тревога охватила меня, я встала на колени и подползла к нему.
— Ты спрашиваешь, в порядке ли он? — тихо рассмеялся Макс. — Перри, ты уже знаешь, что твой муж силен. Если он может пережить удар мечом по горлу, он может пережить почти все.
— Декс? — прошептала я, опуская ладонь на его плечо и тряся его.
— Надеюсь, камера в порядке. У вас плохая удача с этим.
Я взглянула на камеру. Фонарик на ней уже не горел, мог разбиться, но это тревожило меня меньше всего.
Макс сел на корточки перед Дексом и робко улыбнулся. Как в прошлый раз, я была потрясена тем, каким целым, настоящим и, кхм, большим он выглядел. Словно для него ничего не изменилось. Словно смерть была икотой, и он не был в аду долгое время. Я даже не могла представить, что это делало с человеком, живым или мертвым. Или он всегда был крепче, чем казался, или он смог пережить такое. Может, то, что он был Джейкобом, помогало.
— Я в порядке, — тихо сказал мне Макс. — Не переживай за меня. Давай переживать за него.
— Ты сказал, что он может пережить почти все! — завопила я.
Он рассмеялся.
— Да, не сомневаюсь. Но как он справится со мной? Это другая история.
Но я видела по изгибу его губ, что он этим насладится.
Он кашлянул и опустил ладонь на руку Декса.
— Декс? Тебе пора вернуться, сынок.
Декс застонал, и я озарила фонариком его лицо. Он зажмурился от света.
— Блин, — выдавил он, хмурясь. — Что только что было?
— Ты упал, — сказала я ему.
Он застонал, пытаясь двигаться, глаза были все еще закрытыми. Он поднял ладонь, чтобы закрыться от света.
— Я будто врезался в дерево.
Я взглянула на Максимуса, а потом посмотрела на Декса.
— Как — то так и было. Помнишь шутку про секвойю?
Он моргнул и в смятении открыл глаза.
И увидел улыбающегося Максимуса.
— Рад тебя видеть, старый друг, — сказал он.
Двенадцать
Потрясение.
Декс был в полном шоке, глядел на Максимуса, и его глаза становились все шире, пока тело будто примерзло к месту.
— Декс? — спросил Макс.
А потом Декс вскрикнул и попытался отпрянуть, отполз по полу и врезался в стену.
— Все хорошо, — попыталась успокоить его я. — Это на самом деле он.
Декс тяжело дышал, посмотрел на меня, как на безумную, а потом взглянул на Максимуса.
— Это не настоящее, — потрясенно сказал он. — Тебя тут нет. Ты не настоящий.
