- А тому, кто владеет ее сознанием, придет? – жестко оборвал ее протесты Соловьев. – Ты, кажется, не знаешь свою дочь. И что хуже, ты отказываешься ее узнавать. Она растет и меняется, а ты упустила это из виду, для тебя она всего лишь младенец с соской. Накормить, одеть, причесать – и все, на этом твои материнские обязанности считаются выполненными. Ты потеряла Аделин, Пат! И возможно, навсегда.
- Нет, Вик! – вдруг вмешалась Москалева. – Еще ничего не потеряно! Адель, если и делала чего-то, то не со зла, она просто играла. Этические вопросы ей непонятны в силу возраста, но с ней можно и нужно работать, воспитывать. Ей надо объяснять, что такое хорошо и что такое плохо. И подавать пример. Никто, кроме матери, на это не способен. Адель любит и доверяет своей маме. Между ними есть прочная связь.
Пат повернула к ней голову:
- Я хочу быть объективной. Благодарю за веру в меня, но я сознаю, что имею небольшое влияние на собственного ребенка. Павел… тот, кто им представляется, превзошел меня. Но вы – иное дело. Вы сможете вывести ее из-под влияния лже-Павла. Однако будете ли вы достаточно сильны для этого и достаточно высокоморальны?
- Я постараюсь! – со всей горячностью заверила она. – Если вы мне поможете. Если доверите мне чаще говорить с Аделин.
- Мы все тебе поможем, - поддакнул Грач. – Другого выхода я не вижу. Адель надо оторвать от паразита, и сделать это очень аккуратно.
Этого Пат тоже боялась. Она всерьез опасалась, что телепат, догадавшись, что они задумали, попробует первым делом навредить Адель. Шантажировать ее жизнью дочери.
Но ведь и оставить все как есть было нельзя!
С улицы послышались звуки мужских голосов. Охранник Радмир спорил с кем-то, не пропуская желавшего прорваться в палатку мадам Долговой.
- Майор Гогадзе пожаловал, - сказал Соловьев, поднимаясь. – Я выйду разберусь?
- Только не говори ему об Адель!
Соловьев вышел, и разговоры в палатке прекратились. Оставшиеся просто сидели и прислушивались к диалогу, текущему снаружи.
- Соловьев? Прекрасно. Объясните, что тут у вас за чехарда! – потребовал Гогадзе.
- Странное происшествие, - послышался спокойный ответ Соловьева. – Георгий, вы давали перед отплытием тайный приказ тем, кто остался в лагере, в случае каких-либо происшествий применить меры к Грачу и Москалевой?
- Сдурели? Конечно, я не отдавал подобного приказа! И отдать не мог.
- Тогда побеседуйте с Сергеем Шемякиным и Львом Абдулаевым. Возможно, я их не так понял, но когда они угрожали сотрудникам миссии оружием, ссылались они именно на вас.
- Идемте со мной. Будете присутствовать. И найдите еще вашу девчонку, Чебышеву! К ней у меня тоже вопросы.
- Ну все, пошел карать и миловать, - тихо пробормотал Грач.
- Главное, что подальше от нас, - ответила Патрисия. – Мне сейчас не до разборок. А вам с Людмилой надо браться за дело без промедления. И прежде, чем соваться к моей дочери, неплохо бы вам научиться держать нормально связь друг с другом. Или вы эту стадию уже успешно преодолели?
- Мы можем соединяться только в минуты моей слабости, - простодушно пояснила Москалева. – По-другому не получается.
- А надо бы. Рисковать и провоцировать диффузию лишний раз не стоит.
- Мы тренируемся, - сказал насупленный Грач. Он все еще не решил, хорошо ли, что их маленький секрет с Москалевой стал известен «ужасной мадам Ласаль». – Пойми меня правильно, Пат, я просто не хотел тебя обнадеживать до тех пор, пока мы не добьемся стабильного результата.
- Сколько раз вы уже объединялись?
- Сегодня второй, - ответила Мила.
- Выходит, телепат узнал не только о вашем, Мила, существовании, но и о ваших успехах, пусть и незначительных? В отличие от меня.
Грач угрюмо посопел. Спросил с вызовом:
- Мы можем поговорить с Иваном об альбиносе? Раз он гораздо больший эксперт, по твоим словам.
Пат разрешила. Она не знала, какой именно вариант в итоге сработает, но Людмила сейчас казалась единственной, кто был способен перетянуть ее дочь на правильную сторону. Чего уж скрывать: Патрисия мечтала, чтобы дочь выросла героиней, а не злодейкой. Причем, счастливой героиней, способной к эмпатии и состраданию. Цепь сильных, но безжалостных женщин в роду де Гурдон должна была наконец прерваться.
24.4
24.4/4.4
Иван Демидов-Ланской. Несколько суток назад
Когда караван машин выехал из Амбухиманги, Иван напомнил Пат об обещании рассказать ему про визит к оракулу.
Патрисия едва заметно поморщилась, ей не хотелось тупо пересказывать события, она вообще не любила что-то повторять за кем-то без анализа, но было похоже, что к выводам она пока не готова. Пришлось ей делиться и пророчествами, и своими сомнениями.
Иван слушал и сопоставлял с тем, что узнал раньше.
- Близнецы, - произнес он. – Вам это ни о чем не напоминает?
- Дуалистическая мифология первобытных племен? Один близнец связан с добром и пользой, другой со злом, но вместе они все уравновешивают.
- Это само собой, но я о том, что говорил Виталий Лисица в свой последний визит.
- Он много чего наговорил.
- Я про реанимацию «Циклона».
- Реанимации не будет!
