Каждой ночью без сна,Поднимаясь со дна,Кувшинки грустят.Не узнает луна,Как глубока глубина,Кувшинки молчат.Незаметно в течение вовлеченыОчевидцы и пленники тайн глубины.Я знаю, что ты знаешь,Что я знаю, что ты знаешь.И ты скрываешь то, что я скрываю,Что ты скрываешь.Мы наблюдаем, стоя в темной нише.Чужие сны не делают нас ближе.Постоянно вдвоём, постоянно идёмСреди минных пустынь.Каждый в мыслях один, но зато невредим,Исступлённо молчим.Стоит только шагнуть, о тропинке забыв,Будет странных эмоций безудержный взрыв.Я знаю, что ты знаешь,Что я знаю, что ты знаешь.И ты скрываешь то, что я скрываю,Что ты скрываешь.Мы наблюдаем, стоя в темной нише.Чужие сны не делают нас ближе.Из глаз в глаза, из глаз в глаза,Без жеста и без словаУлыбкой сфинксы незаметноОбменялись снова.В пустыне оказались мы случайно,Обязаны хранить чужие тайны.Так мы втянуты в вечность.И вместе, и врозь,Накануне и впредь.Чтобы лучше секреты хранить, нам пришлосьОкаменеть.Мы не сможем уснуть, мы не сможем забыть,Но попробуй у сфинксов о чём-то спросить.Я знаю, что ты знаешь,Что я знаю, что ты знаешь.И ты скрываешь то, что я скрываю,Что ты скрываешь.Мы наблюдаем, стоя в темной нише.Чужие сны не делают нас ближе.Из глаз в глаза, из глаз в глаза,Без жеста и без словаУлыбкой сфинксы незаметноОбменялись снова.В пустыне оказались мы случайно,Обязаны хранить чужие тайны.[71]Интересное это ощущение — когда солнце заливает утром комнату. Когда его тонкие нежные лучи пробиваются сквозь полупрозрачную занавеску, когда касаются подушки, заливают всю комнату своим светом — нежным, не слишком ярким… Когда окно закрыто, в комнате чуть душновато, почти жарко… Интересное это ощущение — просыпаться в десять часов утра, когда солнце уже такое яркое, такое настырное, что лезет изо всех щелей…
Интересное и — как ни странно — противное.
Она ненавидит солнце. Совершенно не переносит его. Оно слишком яркое, слишком слепящее, слишком… Всё слишком, пожалуй. Мария не любит солнце, не любит ясную погоду, не любит жару… Её это ужасно раздражает. Впрочем… Она, пожалуй, из той группы людей, которых раздражает практически всё — громкий смех, яркое солнце, благородство, доброта… Это раздражало. Как раздражала эта внимательность Мердофа. Айстеч постоянно ухаживал за ней, приносил еду, помогал приводить в порядок одежду, словно ему нечем было заняться… Это заставляло девушку чувствовать себя виноватой. И из-за чего? Из-за этой несусветной глупости Мердофа Айстеча? Ей было почти стыдно перед ним за всё то, что она делала, что говорила…
