...Qui revient d'une longue chasse. 1962
Мэгони сложил телескопический штатив микро и отключил вокотайп «Харст». После этого он медленно встал, рассчитывая каждое движение, едва сдерживая кипящую в нем ярость, почти неодолимое стремление крушить все вокруг. Нет, он не мог поддаться эмоциям. Он должен действовать с максимальной эффективностью, чтобы как можно сильнее напугать девушку. Она сейчас каталась по полу, испуская странные гортанные крики, похожие на повизгивание разъяренного хищника. Нет, пожалуй, такое можно было услышать от жрицы какого-нибудь эротического культа. Но в данном случае это было всего лишь следствие неумеренного потребления напитка, широко известного как сильный ониризант.
Длинные пряди голубоватых волос, похожие на стебли экзотической травы, разлетелись во все стороны, образовав вокруг головы нечто вроде сияющего нимба.
— Убирайся! — процедил Мэгони сквозь зубы.
На несколько секунд его глаза сузились, превратившись в едва заметные щелки. Девушка же, наоборот, подняла широко открытые глаза, похожие на оловянные пуговицы.
— Мотай отсюда! — рявкнул Мэгони.
Девушка попыталась ответить, но язык не подчинился ей. Она сделала движение навстречу, словно хотела расцарапать его лицо ногтями, но сейчас это оказалось ей не под силу. Она была невероятно пьяна.
— Ты меня слышишь? Или я сейчас позову Робота!
Мэгони знал, что девушка испытывала смертельный ужас перед Шрайком... Шрайк, разумеется, не был роботом, но удивительно походил на машину. Он выполнял приказания, никогда ни о чем не спрашивая, и его движения действительно выглядели ужасающе точными и размеренными, словно у автомата. Поэтому ребята и называли его «Роботом».
Слова подействовали. Девушка отвела взгляд, с трудом ухватилась за край стола и попыталась встать.
Теперь, когда действие напитка начало ослабевать, она испытывала одновременно и тошноту, и стыд за свое поведение.
Шатаясь, она вышла в коридор, открыла сначала одну, затем вторую дверь.
— Боже мой! — невольно воскликнул Мэгони. Девушка обращалась с системой безопасности так, словно защиты вообще не существовало!
Он заметил, что девушка забыла под столом свою сумочку. Наклонившись, чтобы поднять ее, увидел пустую бутьшку. Ударом ноги отшвырнул ее в сторону, и бутылка разлетелась вдребезги, ударившись в стенку над креслом, в котором с утра дремал один из котов. Пушистый серый хищник задергал ушами и приоткрыл один глаз, но через несколько секунд снова заснул.
— Ты-то, по крайней мере, приносишь пользу, — сказал коту Мэгони. — Ты оказываешь человечеству огромную услугу.
Слово «человечество» прозвучало столь нелепо, что он невольно усмехнулся.
Он осознал, что все еще держит в руках женскую сумочку, и тут же с отвращением швырнул ее на пол. Ему не понравилась нарочитость жеста, и он наклонился, чтобы снова подобрать ее. Сумочка безвольно раскрылась.
Содержимое — карточка удостоверения личности с фотографией радужной оболочки правого глаза, результаты микроанализа крови, аэрозольный баллончик с духами, письмо с маркой южноамериканского сектора, маленькая пластмассовая уточка, две банкноты по 45 единиц и картонка с эмблемой клуба: красный кот — когти выпущены, зубы оскалены, напружиненные лапы, готовые послать тело вперед. Эмблему придумал Мэгони и сам же улыбнулся, увидев свое произведение.
А это еще что?! Сумочка тут же выпала из его внезапно задрожавших рук — только маленький черный шарик остался в оцепеневших пальцах.
— Шрайк! — крикнул он. — Сюда!
Звуки тяжелых шагов за его спиной. Затем открылась дверь в глубине комнаты. В полумраке Шрайка действительно можно было принять за автомат. Его руки казались кувалдами, способными раздробить все, что угодно. И скорее всего, так и случится в самое ближайшее время.
— Да, Мэгони? — его глубокий голос прозвучал вопросительно.
— Эта девчонка, Шрайк... Она только что была здесь... Ты ее знаешь? Большая голова кивнула.
— Это Лизбет Длей.
Мэгони протянул к нему руку, держа маленький черный шарик между большим и указательным пальцами.
— У нее в сумочке...
Реакция Шрайка была мгновенной. Выбросив вперед кулак, он резко ударил Мэгони по руке. Едва шарик коснулся пола, как Шрайк прыгнул на него, наступив ногой в тяжелом ботинке. Раздался негромкий хруст, из-под подошвы сверкнули искры, затем пошел легкий дымок. Мэгони оттолкнул Шрайка и кинулся подбирать черные крошки — все, что осталось от шарика.
— Что ты наделал, Шрайк! Ты соображаешь? Это же был один из их проклятых микро! А теперь мы остались без доказательства!
Лицо Шрайка казалось необычно бледным.
— Чтобы осудить ее, не нужны доказательства, — бросил он. — Этот микро — «прямой».
Ничего не понявший Мэгони вопросительно посмотрел на него.
— Этот микро был напрямую связан с центром, — пояснил Шрайк. — Он не записывал, а передавал.
Мэгони в отупении разглядывал валявшиеся на полу обломки.
— Наверное, ты прав, — сказал он. — Ты знаешь их лучше, чем я.
— Просто мне больше досталось от них, вот и все, — пробормотал Шрайк.