— Скажи мне, что случилось? — молит Джастин. — Вряд ли все так серьезно. Скажи мне. — Гвидо не отвечает. — Ты выключил компьютер. Да?
Гвидо кивает, не в силах разлепить губы.
— А теперь ты отсоединяешь модем?
Еще кивок. По-прежнему молчаливый.
— Почему ты это делаешь?
— Хочу перезагрузить.
— И что это означает?
— Мы подождем одну минуту.
— Зачем?
— Может, две.
— Какой смысл?
— Даст ему время забыть. Успокоиться. Это ненормально, Джастин. Все действительно плохо. Тут замешаны не какие-то молодые шутники. Очень плохие люди проделали это с вами, Джастин. Поверьте мне.
— Со мной или с Тессой?
Гвидо качает головой.
— Кто вас ненавидит, — он вновь включает компьютер, садится на стул, глубоко вдыхает. И Джастин радостно улыбается, увидев на экране все тех же счастливых негритят.
— У тебя все получилось! — кричит он. — Ты — гений, Гвидо!
Но эти слова еще не успевают слететь с его губ, как негритят заменяют покачивающиеся песочные часы, которые пронзает белая стрела. Исчезают и они, оставляя иссине-черную пустоту.
— Они его убили, — шепчет Гвидо.
— Как?
— Послали по почте вирус. Вирус, который стирает всю информацию на жестком диске, и оставили сообщение, чтобы вы знали, что они сделали.
— Тогда это не твоя вина, — пытается успокоить его Джастин.
— Она копировала файлы?
— То, что она распечатывала, я прочитал.
— Я говорю не о распечатках! Дискеты у нее были?
— Мы не смогли их найти. Мы думаем, она взяла их с собой, уезжая на север.
— Что значит «на север»? Почему она не перегнала файлы на север по электронной почте? Почему ей потребовалось брать с собой дискеты? Я этого не понимаю. Совершенно не понимаю.
Джастин вспоминает Хэма и думает о Гвидо. В компьютер Хэма тоже проник вирус.
— Ты говорил, она много чего посылала тебе по электронной почте.
— Раз в неделю. Два. Если забывала прислать в одну неделю, на следующей посылала дважды, — он вновь говорит на итальянском. Он вновь ребенок, несчастный и испуганный, как в тот день, когда его нашла Тесса.
— Ты не заглядывал в почтовый ящик с тех пор, как ее убили?
Гвидо энергично качает головой. Конечно же, нет. Как можно.
— Тогда мы можем поехать к тебе и ты посмотришь, что там лежит. Ты не возражаешь? Я тебе не помешаю?
Ведя машину по горному серпантину, Джастин думал только о Гвидо. Мальчик более всего напоминал ему раненого друга, и ему хотелось как можно скорее доставить его к матери, восстановить его душевное равновесие, остановить поток слез, сделать, чтобы из калеки, думающего, что со смертью Тессы его жизнь закончилась, вновь превратить Гвидо в здорового, самоуверенного двенадцатилетнего компьютерного гения. И если, как он подозревал,
Он подъехал к дому, а когда они вышли из джипа, положил руку Гвидо на плечо. А Гвидо, к удивлению Джастина, руку не скинул. Его мать приготовила жаркое и испекла хлеб, чем очень гордилась. По настоянию Джастина они сначала поели, а уж потом Гвидо принес из спальни компьютер, и, до того, как выйти в Интернет, они сидели плечом к плечу, читая письма Тессы о сонных львах, которых она видела в своих поездках, УЖАСНО шустрых слонах, которые сели бы на ее джип и раздавили его, если б она хоть на секунду замешкалась, и САМОВЛЮБЛЕННЫХ жирафах, которые счастливы, лишь когда кто-нибудь восхищается их элегантными шеями.
— Вы хотите дискету с ее электронными письмами? — спросил Гвидо, правильно догадавшись, что Джастин больше не может смотреть на экран.
— Буду тебе очень признателен, — вежливо ответил Джастин. — А также скопируй все свои работы, чтобы я мог ознакомиться с ними на досуге и сообщить тебе свое мнение: эссе, домашние работы, все то, что ты хотел бы показать Тессе.
Покончив с дискетами, Гвидо подсоединил телефонный провод к модему, и они наблюдали, как стадо газелей сменилось безжизненной темнотой. Попытка Гвидо вновь открыть рабочий стол закончилась полным провалом. Осипшим голосом мальчик сообщил, что с жесткого диска стерта вся информация, как и в компьютере Тессы, только на этот раз обошлось без послания с клиническими испытаниями и токсичностью.
— И она не посылала тебе файлов, которые просила сохранить для нее? — спросил Джастин тоном таможенника.
Гвидо покачал головой.
— Ничего не просила кому-то переслать? Не использовала твой компьютер как почтовое отделение?
Гвидо покачал головой.
— Тогда что из утерянного дорого тебе?
— Только ее последние электронные письма, — прошептал Гвидо.
