Я озорно качаю головой. Перед работой надо купить новый замок на колесо. У меня еще уйма времени, но, поскольку у Портера сейчас полно дел, я этого ему не говорю, лишь ссылаюсь на занятость, опять выражаю признательность и прошу еще раз поблагодарить отца, ушедшего с Ланой. А когда выхожу в заднюю дверь, миссис Рос на прощание машет мне рукой, выглядывая из-за горы коробок.
До начала смены еще остается два часа, которые надо куда-то девать, потому как этого более чем достаточно, чтобы купить новый замок на колесо. Я отправляю Патрику эсэмэску, договариваясь встретиться в «Блинной хижине», а попутно проверяю отремонтированный замок сиденья. И в этот момент засекаю боковым зрением мелькнувший высоко под крышей, на водосточной трубе, белый пушистый комок: кошка! Точнее, даже две: Сеньор Дон Гато, моя полосатая знакомая, отирающаяся у полюбившегося мне лотка с чурро, а рядом с ней – крупный белый собрат. Я хохочу, не в силах сдержаться, потому как происходящее в точности напоминает ту детскую песенку: «Мой Дон Гато обрел свою истинную любовь…»
– Не прыгай, – кричу я Дону Гато, и оба зверя в недоумении смотрят на меня. – Поверь мне на слово, ты лишь сломаешь лапку и умрешь. Этот глупый белый котяра того не стоит. Но если все же прыгнешь, то знай, что во время похорон тебя вернет к жизни запах рыбы, хотя в твоем случае уместнее было бы говорить не о ней, а о чурро.
Дон Гато укладывается в водосточную трубу и принимается облизывать лапку. Отнестись к моему предостережению пренебрежительнее она в принципе не могла. Ну что же, я, по крайней мере, ее предупредила. Мне остается лишь тешить себя надеждой, что где-то на этой набережной кот по имени Сэм-Я ведет более благоразумный образ жизни, чем эта влюбленная парочка, рискующая что-нибудь сломать себе, спрыгнув с крыши… В этот момент я вдруг вспоминаю, что меня отшил Алекс.
– А знаете что? Да пошли вы оба, – вновь обращаюсь я к кошкам, застегивая ремешок леопардового шлема. – У каждого из вас по девять долбаных жизней, вот сами их и живите.
СООБЩЕСТВО КИНОМАНОВ «ЛЮМЬЕР»
ЛИЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ>АЛЕКС>НОВЫЕ
@alex: Эй, Минк? Ты на меня, случайно, не обиделась?
@mink: Что навело тебя на такую мысль?
@alex: He знаю. Просто я испугался, что ты рассердилась, когда я попросил тебя связаться со мной, перед тем как покупать билет на самолет. С тех пор от тебя больше не было ни одного сообщения.
@mink: He злюсь. Мне казалось, ты знаешь меня лучше.
@alex: Мм… Я что-то не пойму, это что – шутка?
@mink: По Интернету порой очень трудно передать интонацию. К тому же у меня сейчас слишком много дел, чтобы с тобой общаться. Давай свяжемся позже.
«Пожалуйста, позвольте мне сохранить это воспоминание, только это и все».
Вы, вероятно, полагаете, что два человека, которые нравятся друг другу (иногда) и обычно работают вместе (почти всегда), в состоянии найти время (практически в любой момент), чтобы уединиться. Если не поцеловаться, то хотя бы поговорить. Но после моего визита в принадлежащий семье Портера магазин прошла целая неделя, а я видела от него лишь ежедневные приветствия, бесконечные улыбки и бросаемые на меня через весь главный зал отчаянные взгляды, которыми можно было бы заполнить все это подземелье.
Я изо дня в день наблюдала, как светлели на его лице синяки и заживали раны, но по мере их исчезновения забывалось и то, что между нами произошло, поэтому сейчас у меня на физическом уровне возникло ощущение, что меня бросили. Конечно же на работе мне не раз приходилось получать от него эсэмэски, в том числе и такие:
А когда от него пришло сообщение «Похоже, мне нужен уход, как насчет того, чтобы опять поработать медсестрой?», я чуть не свалилась с табурета прямо в билетной будке. Но, отстучав ему, что без проблем, получила такой ответ: «Тоскую. Жажду. Рядом сидит Пенгборн. Неудобно».
Этот парень меня убивает. У-би-ва-ет.
Когда мы были злейшими врагами, все было гораздо проще.
– Иногда мне кажется, что Портер при Пенгборне устроился сиделкой, – едва слышно шепчу я.
