— Моя история…Она началась еще до моего рождения. Столетия дрэки жили обособленно, им приходилось родниться друг с другом, что привело к тому, что в настоящее время их численность стала падать. Если не появится новый приток крови, то через пару столетий их просто не останется… Понимаешь, когда Джефар увел дрэков в горы, он принял ряд законов, по которым запрещалось общаться с волшебниками, о браках с ними и речи не было…Моя мать понимала к чему приведет политика обособления и пыталась доказать племени, что настало время нарушить свое уединение. Она предложила отправить парламентеров к королю Фарану и объяснить ему ситуацию. Но когда ее идею не поддержали, она бежала, а затем встретила моего отца. До пяти лет я ничего из этого не знал, а потом обратился в первый раз. Тогда мне и рассказали о дрэках.
— А что случилось с твоими родителями? Как они умерли?
— Несчастный случай, — вздохнул Зиг, — взрыв в лаборатории: у них не было шанса спастись. А я остался один, не зная, что мне делать. Но тут пришло письмо от друидов. Мать гордилась то, кем она родилась. А я бы хотел не унаследовать от нее способность быть дрэком.
Спайк внимательно посмотрел на друга, внешне Зиг ничем не отличался от волшебников. Но если он будет превращать себя в подобие того, кем он не является, то просто потеряет свою индивидуальность. Спайк вздрогнул. А не пытался ли он поступить также, не желая признать себя вампиром?
Подростки проговорили почти до рассвета. С утра начиналась новая страница их жизни, они должны были найти не только смысл жизни, но и самих себя.
Спайку в эту ночь снился старинный замок, возвышающийся как исполин среди прекрасной долины с изумрудной рекой. Вампир лежал в высокой траве, раскинув руки. Он вдыхал запах ароматных цветов, любуясь небом. Спайк улыбался во сне и даже что-то бормотал себе под нос.
Зигриду впервые приснился цветной сон. Только замки, как другу, ему не снились. Парень боялся воды, вот поэтому до сих пор и не умел плавать, за что его все время журил друид. Так вот — дрэку приснилось, что он плывет в слегка бушующем океане. Страха он не испытывал, ему было хорошо, как никогда в жизни. Зиг слышал голоса давно умерших предков, которые ему пели на старинном языке, и он вторил им.
Подростков привели в небольшую пустую комнату: в двери щелкнул замок, оставив пленников в темноте.
Вероника на ощупь нашла братьев, она, не говоря ни слова, развязала веревки.
— Черт, — выругался Максим, — пальцы онемели.
Гай хранил молчание, забившись в угол.
— Я не хотела, чтобы все так получилось, — прошептала Ника. — Клянусь, я не думала, что…
Максим обнял сестру за плечи и притянул ее к себе.
— Ты ни в чем не виновата, — сказал он, пытаясь поддержать кузину.
Джон хмыкнул, явно придерживаясь другого мнения.
— Простите меня, я искренне сожалею, что все так произошло, я… — попыталась оправдаться перед братом девушка.
— Хватит извиняться, — проворчал парень. — Лучше подумаем, как нам отсюда выбраться.
— Черт бы тебя побрал, Женя, — вскакивая, прокричала Ника. — Когда ты будешь говорить то, что думаешь. Если тебе станет легче, можешь накричать на меня, только не надо держать в себе злость. Да, я виновата, но я не заставляла вас лететь со мной!
Крик девушки эхом отозвался в пустой комнате.
— Я не считаю тебя виноватой, — проворчал Джон, — а злюсь я на себя. За то, что, зная, как поступить правильно, я не настоял на этом, — парень вздохнул. — Просто в мои планы не входило умереть в столь раннем возрасте, — пошутил он, слегка успокоившись.
Ника хмыкнула, Максим нервно рассмеялся.
— Пожалуй, я присоединюсь к твоему желанию, — согласился он.
— Неужели вы не понимаете, что нас ожидает? — спросил Гай.
— Мы живы и можем попытаться бежать, — предложила Вероника.
— Куда бежать? — спросил Гай. — Мы заперты! Возможно, Бролер решил уже избавиться от нас, и его слуги идут сюда, чтобы выполнить приказ. — Голос волшебника дрожал.
— Надо обыскать стены, возможно, найдем лазейку, — предложила девушка.
Братья поддержали ее затею, тем более другого плана не было. В кромешной темноте, подростки ощупали стены, пока не убедились, что выход из нее был один, только через дверь.
— Может подождем пока за нами придут, и тогда попытаемся бежать. Они точно не ожидают от нас этого.
Подростки сели в круг, обсуждая, что будут делать, когда дверь отопрут.
Но все их планы оказались напрасны. Двери распахнулись, но только подростков никто не выпустил, напротив, к ним зашел Бролер вместе с телохранителями. Старик осветил пульсаром лица подростков.
— Выведите отсюда моего внука, как бы то ни было, в нем течет моя кровь, — недовольно сказал он, брезгливо посмотрев на дрожащего молодого ванда.
Зашедшая валия схватила за локоть и не собирающего сопротивляться Гая. Она вывела парня из комнаты.
Бролер постучал тростью по полу.
— А вам в храбрости не откажешь, — признал он, наблюдая за Вероникой. — Такой была и моя дочь. В ней поистине текла моя кровь. Смелая, храбрая, сильная, она была достойна носить имя Бролера. Жаль, что ни одно из ее достоинств не передалось сыну. Гай вырос слабаком и трусом!
