Вио удивленно отступала. Еле заметная слабая аура опутывала тело Амира. Его строгий взгляд, его уверенный низкий голос — все это вызывало мурашки и чувство беспомощности. Пока девушка делала один шаг назад за другим, Амир продолжал надвигаться на нее.
— Ты, соплячка, видимо родилась и выросла на этом этаже, так что многого еще не знаешь. Но позволь объяснить. — Кивнув в сторону окружающих, Амир недовольно нахмурился. — В башне есть свои правила, которые нужно соблюдать. Например, бросить товарища умирать — это позор. Позор, которые ложится черным пятном на всю твою репутацию. И, поверь, после этого ни один человек больше не пригласит тебя в свою команду даже если ты останешься последним желающим на этом этаже. Знаешь почему? Потому что лучше броситься в пасть льву в одиночку, чем с предателем.
Как только Амир подошел вплотную, Вио испуганно выставила руки и оттолкнула его от себя. Инстинктивно, возможно, даже не осознавая этого, она воскликнула:
— Не приближайся ко мне!
— Теперь мне и приближаться нельзя? — Амир выпрямился и отступил. — Что дальше? Не дышать?
Девушка тяжело дышала и угрожающе смотрела на него исподлобья. Она была точь-в-точь как дикая кошка, которую загнали в угол.
— В тебе нет ничего особенного! — кричала она. — Ты просто трус, который спрятался от своей команды и дожидался безопасного часа, чтобы сбежать!
— Это твоя теория, — недовольно отвечал Амир.
— Тогда что на самом деле?
Наступила секундная пауза. В этот момент перед Амиром будто появились чаши весов. Он мог мгновенно рассказать правду или же придумать что-то, чтобы отвести от себя подозрения. Но все же в этой ситуации любая выдумка могла быть раскрыта.
— На самом деле, — спокойно заговорил он, — моя команда добралась до сто шестидесятого, но потом я решил повернуть обратно.
На мгновение наступила тишина. Лишь теперь Амир решил осмотреться, чтобы взглянуть на реакцию окружающих, и то, что он увидел в их глазах, тяжело было описать словами. Смесь удивления и отчаяния, страха и непонимания — вот что он увидел в глазах всех присутствующих. Казалось, в этом месте не было ни одного человека, который хоть раз думал о том, чтобы покинуть башню.
— Обратно? — растерянно прошептала Вио. — Ты… Сам решил спуститься?
— Чего ради? — удивленно зашептала жрица, выходя из-за спины спутницы. — Ты хочешь остаться на этом этаже?
— Нет, — подобрав с пола сумку с вещами, Амир плавно развернулся, — я собираюсь покинуть башню и вернуться к семье.
Наступила гробовая тишина. В такое сложно было поверить, и Амир это понимал. Еще пару месяцев назад при виде подобного человека он бы тоже думал о нем не лучше, чем об ума лишенном. Да и вообще, принимать то, что в мире есть кто-то, готовый отказаться от дела, на которое он потратил огромное количество времени и усилий, вообще не было частью человеческой натуры. Куда больше люди стремились копать себе яму до тех пор, пока не понимали, что выхода из нее уже нет.
— Аптечка, — спокойно сказал Амир, и женщина сразу все поняла. Быстро сунувшись под стойку, она открыла какой-то ящик и достала из него небольшой сундук. Его-то Амир и взял себе в руки. — Ванная комната сейчас открыта?
— Открыта.
— Хорошо.
Развернувшись, Амир быстро двинулся вглубь гостиницы. Пока он уходил, взгляды окружающих еще долго следили за каждым его движением. Казалось, все эти люди ждали, что Амир вот-вот рассмеется и скажет, что все это было глупой шуткой, но это была чистая правда. Возможно, лишь когда он ушел атмосфера в той части гостиницы стала возвращаться к норме: гости снова начали есть, посторонние расходиться.
Но Амир, уже ушедший вглубь деревянной постройки, этого не знал. Сначала добравшись до своей комнаты, он с порога швырнул в нее лишние вещи, запер дверь и двинулся дальше. Так называемые ванные комнаты обычно находились отдельно от главного здания. И в этой гостинице такая постройка тоже стояла во внутреннем дворе.
Через черный вход покинув здание, Амир оказался во внутреннем дворе, усаженном множеством грядок и фруктовых деревьев. Подобное наполнение участков в башне не было необычным. Территории зеленых зон были ограничены, поэтому каждый, кто имел в этом месте дом, старался использовать как можно больше своих территорий для выращивания овощей и фруктов. Только здесь, в зеленой зоне, можно было взращивать и добывать неядовитую пищу, но, когда такие места превращались в города, ресурсов оставалось все меньше.
