— Ты всегда был таким, — спокойно отвечал Хаг, — о себе думал больше, чем о других. Твоя целеустремленность и поставила тебя в авангард, а еще поэтому ты рвался вперед больше всех нас.
Наверное, Хаг единственный не боялся Амира настолько сильно, как остальные, хотя и опасался его. Просто именно они были командой еще с самого начала покорения башни.
— Ты прав, — холодно отвечал Амир. Легко выдохнув, он намеренно скрыл свою ауру, и вновь все в округе успокоилось.
— Поэтому я еще больше не понимаю тебя сейчас!
— Целеустремленность — черта моего характера, но цель «забраться на вершину» никогда не принадлежала мне самому.
— Что за глупости? — недоверчиво спрашивал Хаг. — Кому она тогда принадлежала?
— Башне.
Больше ничего не говоря, Амир развернулся и двинулся прочь. Теперь его уже никто не останавливал. Прямо сейчас, на этом этаже, просто не было такого человека, который мог бы физически его остановить. Но вот на остальных, возможно, такие люди еще и водились. Это значило, что раскрывать свое желание покинуть башню теперь точно не стоило. Если даже товарищи реагировали на это столь резко, тогда каким образом должны были отреагировать остальные?
***
Церция — город, расположенный в самом центре материка, от чего и названный так. Это одно из самых известных мест в мире, и причиной тому является не его расположение, а то, что сам город был построен вокруг злополучной мистической башни. Из-за обилия искателей приключений и торговцев, со временем это место разрослось из маленькой деревни в большой город, и теперь в нем проживает не менее миллиона человек.
Жизнь в Церции умеренная. Большинство жителей, уже привыкшие к авантюристам, не обращают внимания на их странности и просто продолжают вести быт. Нередко и сами горожане становятся на путь покорения и бегут испытывать свою удачу в башню. Правда, те, кому когда-то взбрела в голову идея покорить башню, никогда из нее не возвращаются. Умирают они там или находят свое счастье — никто не знает. Так что, за исключением ненормальных, которые готовы положить жизнь ради глупой идеи, Церция — это развивающийся мирный город.
— Почему мы должны ходить в академию? — покачивая ногами под стулом, Раиф задумчиво смотрел на суетившегося по дому старшего брата. — Многие соседские дети…
Уловив на себе чьей-то взгляд, Раиф повернул голову и заметил сидевшую справа от него сестру. Джана посмотрела на младшего многозначительно, и от такого взгляда он невольно замолчал, так и не успев закончить фразу. Они оба сидели за небольшим деревянным столиком на кухне. Перед ними стояли тарелки с едой и пара чашек с горячим чаем.
Когда наступила тишина, Джана и Раиф одновременно посмотрели вперед, и увидели все так же быстро ходившего из комнаты в комнату старшего брата. Тот, казалось, из-за своих забот, даже не услышал их. Он то искал одежду, в которой хотел пойти, то вспоминал про документы, которые нужно взять — с утра хлопот у него было достаточно. Возможно, их старший сумел бы закончить все свои сборы намного быстрее, если бы не его постоянные переживания и суета.
Сейчас они трое были единственными обитателями этого просторного дома. Высокие расписные стены, красивые веранды, нарядные люстры, несколько этажей — все это было наследием их семьи, построенным руками отца. Правда, теперь ни их доход, ни их социальный статус не позволял с прежней уверенностью отвечать «да, мы владельцы этого дома».
Джана, понимающе взглянув на младшенького, ответила:
— Потому что брат очень сильно постарался для того, чтобы пристроить нас туда. Сам же знаешь, в нашей академии учатся дети только состоятельных людей.
— В них и проблема, — мальчишка посмотрел на еду, расставленную перед ним. — Они ведь и тебя достают.
Даже посуда, из которой они ели, казалась уже старой и немного потрепанной — то тут, то там виднелись сколы, цвет столового серебра уже потускнел. Еда была нормальной и даже достаточно сытной для завтрака, но совсем не такой, какую было принято есть в богатых семьях.
Джана, натянуто улыбаясь, отвечала:
— Сложности закаляют нас. Если будешь постоянно убегать от проблем, ничему так и не научишься.
Внезапно старший брат, проходивший мимо кухни, остановился. Услышав эти слова, он намеренно переступил через порог арки и слегка хмуро посмотрел на сестру.
— Ты снова вспоминаешь эти слова?
Джана улыбнулась. Она знала, что эти слова, как и все то, что было связано с их прошлым, оставалось запретной темой в доме. Шадид — их старший брат, даже вспоминать не хотел о человеке, который оставил их всех и просто сбежал в башню. Однако забыть о том, кому принадлежало все то, чем они пользовались до сих пор, было тяжело.
