– Мы – русы, – хмурился он, – пусть знают наших.
Землю укрыл первый снег, когда драккары князя Рюрика вошли в реку Лугу.
В этих спокойных и безопасных местах некого было опасаться, и Рюрик не ждал засады. Однако это была засада, и устроил ее давний враг Рюрика – бежавший из Полоцка воевода Калев и сын его Колыван. Новуград стоял между ними и Киевом, как кость в горле.
Разведчики Калева донесли, что Рюрик с богатой добычей, но с небольшим войском возвращается в Новуград через земли лопи и карелов. И Калев с сыном спешно направили свои дружины навстречу Рюрику.
Поджидая новгородцев, чудские воеводы обещали карелам и лопи защиту от варягов, и без труда переманили на свою сторону старейшин.
Ударил мороз, и удача отвернулась от Рюрика: драккары князя вмерзли в лед реки Луги. Пришлось рубить лед и волочить корабли на берег. Здесь и настигла Рюрика вражеская стрела.
Рана оказалась смертельной. Несколько дней Рюрик находился между жизнью и смертью, Олег не отходил от постели раненого князя, но все усилия волхва пропали даром. Верный себе, внук Гостомысла погиб, как воин.
Стоя над телом своего сюзерена, Олег повторил слова:
– Мы – русы. Пусть знают наших.
В этот момент Вещий Олег не кривил душой.
Стоя над телом Рюрика, воеводы поклялись отомстить за смерть князя, и слово свое сдержали.
Калева с Колываном и их союзников выслеживали несколько недель и настигли только в Рыдале. Хакон, Фарлаф, Стемид, Рулав и Валлт с дружинами осадили крепость, в которой еще не так давно Рюрик был хозяином. Ледяной северный ветер продувал, казалось, насквозь, но жажда мести и ненависть согревали русов.
Захватив Рыдаль, Олег вступил в поединок с Калевом и убил чудского князя, однако Колывану удалось прорваться к морю. Измученные долгим походом, ободриты не стали преследовать беглеца.
Обложив данью племена чуди и мери, дружина Олега забрала всех лошадей, какие были в Рыдале. В лагерь на Луге русы вернулись в повозках.
Ревность к памяти Рюрика родила в Олеге желание развеять прах ререговича в глухом месте. Волхв не стал делиться планами ни с кем.
– Мы оставим тело здесь до весны, – объявил Олег воеводам. – Весной вернемся и устроим тризну по покойному. Возведем на месте гибели князя курган и построим храм Рюрика. Память о нем будет жить вечно.
Хакон, Фарлаф, Стемид, Рулав, Вермуд и Валлт своими руками сложили из камней гробницу. Тело Рюрика уложили в каменный мешок, и Олег обратился к воинам с такими словами:
– Дикие звери и пираты не должны добраться до тела. Нужны добровольцы охранять покойного. Кто желает остаться охранять Рюрика, выйдете вперед.
Первым вышел Хакон. За ним следом – Валлт и еще трое. Каждый понимал: остаться – все равно, что лечь в одну могилу с Рюриком.
– Головой отвечаете за князя, – предупредил Олег. – Нужно поставить избу для стражи. Как поставим, уйдем домой.
Войско разделилось: одни рубили лес для избы, другие строили жилище, третьи охотились и готовили еду. Изба поднялась за несколько дней. Стены утеплили мхом и шкурами диких зверей. Жилье для стражи было готово, Олег с войском могли уходить.
Ночью накануне похода Олег пришел к гробнице, растолкал стража, дремавшего у костра:
– Хочу проститься с князем, – объяснил он. – Иди, отдохни, я посижу.
Проводив взглядом стражника, Олег подозвал Труана:
– Помоги мне переложить Рюрика в повозку.
Кивнув, Труан исполнил все, что велел Олег: снял с покойного княжеские доспехи, рубашку, ремень с изображение ререга, сапоги и амулет. Труан уже собрался все спрятать в мешок, но Олег отобрал у него амулет, подержал в ладони, согревая и рассматривая ререга в центре круга. От круга расходились лучи в виде молний.
– Этот амулет достался Рюрику от Умилы. Он уберегал Рюрика от смерти. Рюрику он уже ни к чему, а мне еще послужит.
У реки нашли убитого воина, обрядили в одежду князя и положили ряженого в гробницу.
Тело Рюрика спрятали на дне повозки под шкурами и коврами.
На рассвете протрубил рог.
Пятеро добровольцев из дружины Рюрика и семь воинов, назначенных волхвом, остались охранять гробницу лже-Рюрика.
Олег с дружиной тронулись в обратный путь. За ними потянулись обозы с добычей.
Метель заметала след уходящей армии и каменную гробницу Рюрика.
«Весной отправлю сюда жреца с дружиной, пусть поставят храм Рюрика на холме и княжеский курган с богатыми захоронениями. Это будет невиданное сооружение, достойное потомка Гостомысла, – думал Олег, окидывая прощальным взглядом скованную льдом Лугу и холм на противоположном берегу. – Могила Рюрика останется загадкой на века, будущие племена будут искать ее и спорить о ней».
… В Семиречье, в той самой долине, в том самом месте, где Рюрик с дружинами высадился в первый раз, волхв предал тело князя Рюрика огню и развеял прах. Только ручей не журчал подо льдом и лес, укрытый снегами, молчал.
