– Будем знакомы. Я – О’Брайенн, – а затем он вытянул из кармана что-то белое и спрессованное в виде маленького квадратика, говоря. – Держи.
– Что это?
– Экстракт сон-травы, успокоительных трав и ещё нескольких веществ. Помогает… успокоиться.
– Фриджидиэн, – я услышал своё имя и увидел хранителя, который вбежал в лазарет. – Велисарий призывает нас на бой. Неримцы атакуют. Нам нужна любая помощь.
Какая неприятная ситуация – я снова перед выбором. С одной стороны, апотекарий и его план, а с другой безопасность родины… как же бы не хотел, чтобы этого было. От меня не будет толку и Велисарий это знает, что и решил донести до хранителя. Приложив губы к ладони Лишари и опустив её руку, я киваю в сторону О’Брайенна:
– Готовьте список, – поворачиваюсь к вошедшему воину. – Прости, но не сейчас.
Спустя два часа.
Я сижу в небольшом помещении, где есть старый письменный стол, заваленный бумагами, чугунный безурчатый сейф, пара шкафов и стульев, да диван. Свет же проникает сюда через единственное окно, усиливая освещение от ламп. Старые обшарпанные стены не внушают жизнерадостности. Я присел у стола, вызванный в одно из помещений стражи и слушаю грубую речь:
– Парень и всё же ты был не прав насчёт Ша’Рима, – сказал сидящий напротив меня седоватый стражник. – Мы узнали насчёт их надписей. Ралата происходит из Киры[27], а там надпись Ш… Р… то есть «Шэрам» переводится как «восстать из пепла». Это их лозунг, парень.
– Мы?
– Под постановление Арантеаля собрали группу людей для расследования покушения. Обычно этими ребятами собираемся на такое негласно, но сейчас у нас есть официальный повод.
– Хорошо, – я тяжело выдохнул, ощутив, что был глубоко неправ, о чём, с жалостью говорю. – Понимаю, ошибся. Эмоции взяли верх.
– Я вынужден тебя спросить, у тебя – тебя что-то связывает с Лишари Пегаст? Есть любовно-родственные отношения? Трудовые или коммерческие?
– Нет. Ничего с ней у меня нет.
– Хорошо, – Аксандер подтянул к себе одну бумажку. – Это протокол допроса одного лица, который оказался на месте преступления. Я не буду его читать, просто скажу, что согласно допросу на месте преступления оказались лица похожие на тебя, Юслана и протеже Арантеаля.
– Да. Лишари Пегаст должна была встретиться с тем протеже, а мне было интересно, о чём бы они говорили.
– Ладно, у нас сейчас полным-полно работы, и главное, чтобы Леора всё нам не пустила под гузно коровы.
– А что не так с командующей?
– Мы расходимся в методах, – Аксандер поднялся с места, подойдя к окну. – Она не думает, что можно в расследовании использовать кого-то помимо стражи.
– А вы?
– Я не гнушаюсь никаких методов. У меня есть даже пара осведомителей из Ралаты и торговцев светопылью. До них мы всё равно не доберёмся, но вот использовать их в обмен на медяки, можно.
«Сотрудничество с преступниками… если только это поможет раскрыть всё это», – гневно подумал я, а стражник продолжил:
– Ладно, помимо всего, я нарыл ещё много чего. Ладно ты и протеже, но что же с Юсланом. Тебе не показалось это странным? – спросив, стражник вернулся на место.
– Его Лишари так же могла позвать поговорить с ним. Она же вроде как проводила расследование.
– И то правда, – и подтянул ещё пару листков. – Но ладно. Я изучил акты опроса Джорека и Натары – эти оба всё время по их словам провели в Храме Солнца. Однако, они могут и соврать нам… жалко, что их статус запрещает нам их допросить.
– А что там по уликам? Что с мечом? Удалось отследить его путь или появление? – интересуюсь я, желая найти что-то важное.
Аксандер зацепился пальцами за кусочек пергамента, став с него зачитывать информацию:
– Заключение эксперта-кузнеца по холодному оружию. Экспертиза номер двадцать три. На экспертизу был отдан предмет – белая рукоять с овальным кольцом на навершии и длинным ржавым лезвием на котором имеется засохшая кровь. Предположительно – это меч древней культуры пирийцев. Существенные отличительные черты установить не представляется возможным за исключением разводов грязи на ручке, – страж отбросил листок уставившись на меня. – Ну, что скажешь?
– Меч пирийский. Значит покушенец как-то связан с руинами пирийцев – археолог, либо может наёмник, как-то ограбивший их, – я немного поднатужился, вытаскивая все клочки знаний о пирийцах. – У обычного кузнеца или торговца такое оружие не купить. Рождённые Светом установили запрет на исследование пирийских руин.
– Хорошо, а ты знаешь, что за разводы грязи?
– Нет, а что?
– На, почитай, – протянул мне небольшой клочок пергамента Аксандер, и я тут же принялся исследовать на нём строчки:
«Исследование Апотекария.
Предмет – сухая грязь.
В составе грязи были обнаружены биологические отходы, частички белка мясных личинок, светопыль».
– Подгород, – понял я, откуда могли взяться эти разводы. – Вы хотите сказать, что кто-то из Подгорода мог завладеть пирийским мечом?
На мой вопрос не поступило ответа. Раздался стук в дверь и в кабинет прошла темноволосая низкого роста девушка в броне стражи.
