— «Террикон», прием, на связи — Селезень. В квадрате 22–12 выполнил перехват двух воздушных целей. Один вертолет противника сбит. Второй вертолет эскортирую на авиабазу. Приготовьте все необходимое для аварийной посадки, прием.
— На связи «Террикон», прием. Вас понял, Селезень, ведите его на площадку № 3 по маршруту. Вас там встретят.
— Понял, выполняю. — Влад переключил канал связи. — Неизвестный вертолет, следуйте курсом 240 градусов. Повторяю, любой ваш маневр будет восприниматься как враждебный и станет поводом добавить еще одну звездочку на борту моей машины. Как поняли, прием?
— Вас понял, — нехотя согласился неизвестный, но враждебный «борт».
На полевой площадке уже все было готово к экстренному неординарному приземлению. На краю поля стояли, задрав стволы крупнокалиберных 14,5-миллиметровых пулеметов Владимирова, два бронетранспортера. «Урал» со спаренной зенитной установкой ЗУ-23-2 дополнял картину. Чуть поодаль стояла зеленая медицинская «таблетка» и пожарная машина.
Экипаж «Ирокеза» осторожно зашел на незнакомую площадку и выполнил посадку. Едва только полозья вражеского вертолета коснулись земли, вперед рванулись спецназовцы ДНР. Выразительно лязгнули затворы.
— Заглушить двигатель! Выходить из вертолета по одному, оружие и снаряжение класть на землю! — разнесся усиленный громкоговорителем голос.
Подогнали пару «автозаков», в которые после обыска и погрузили пленных украинских спецназовцев и обоих пилотов, которые действительно оказались уроженцами Польши, служившими в украинской армии по найму. Для них всех «воздушный блицкриг» Украины закончился тем же, чем и для Третьего рейха.
Строки из Апокалипсиса стали явью на донецкой земле. Стараниями «майданных» неонацистов на благодатной земле Донбасса уже несколько лет творился самый настоящий ад. Как всегда, с Запада пришли бесы, против которых восстали и православные, и представители иных конфессий, и материалисты. Влад Селезнев по натуре своей относился к последней категории людей, но в авиации примет и поверий предостаточно, так что поневоле проникнешься «летной мистикой». Совсем недавно молодой летчик в очередной раз убедился, что бывают весьма знаменательные совпадения.
— Черт побери! — выругался командир вертолетной эскадрильи майор Козырев. — У нас почти не осталось боеприпасов. Теперь «Атаки» получаем под счет, НУРСы закончились совсем. С пушками проще, 30-миллиметровые снаряды можно достать у мотострелков. Очень выручают, кстати, подвесные пушечные контейнеры производства местных оборонных заводов…
— Будем бандеровцев рубить лопастями винтов, — мрачно пошутил Влад Селезнев. — Как говорится, коси «укропов»!
— Тоже вариант… — кивнул штурман-оператор командирского Ми-28 Н с позывным Лемур.
Действительно, бандеровские оккупанты все перли и перли стальной ордой. С большим трудом их удалось остановить на подступах к городу Енакиево, держалась оборона Донецка, Украинска и Селидово. На юге снова обострилась ситуация вокруг Мариуполя и Новоазовска. И на всех этих фронтах действовали ударные и транспортно-десантные вертолеты ВВС ДНР. Пилоты и штурманы-операторы буквально жили в кабинах, техники валились с ног, готовя винтокрылые машины к бесконечной череде боевых вылетов. А боеприпасы расходовались вагонами! Только так можно было сдержать бандеровскую чуму неонацизма, стремительно расползающуюся по земле Донбасса.
— Чем воевать будем? — спрашивали вертолетчики техников-оружейников.
Те в ответ лишь пожимали плечами.
Решение вопроса неожиданно пришло от специалистов оборонных заводов Донецка. В этом случае кто-то из инженеров проявил не только техническую находчивость, но и историческую эрудицию. Через пару дней на базу вертолетной эскадрильи приехали несколько «Уралов». Рабочие выгрузили из кузовов армейских грузовиков устройства, похожие на подвесные топливные баки, только меньше по размеру. Внизу каждого такого «бака» находились створки, как в бомбовом отсеке боевого самолета. Как оказалось — это были подвесные кассеты, а снаряжались они… стрелами!
Вернее, остро заточенными толстыми арматурными прутьями. На хвостовом конце такой «стрелы» были сделаны проточки, создававшие нечто вроде оперения. Называлось это простейшее авиационное орудие истребления флешеттой.
Владу Селезневу, равно как и остальным вертолетчикам, флешетты были знакомы, но только теоретически из курса истории развития авиационных средств поражения. Стальные «стрелы» для сброса с аэропланов создали перед Первой мировой войной французские инженеры. Но на родине новое изобретение не оценили. Зато в России и Германии создали целый арсенал разнообразных по форме стальных стрел.
Наиболее удачная конструкция была создана «сумрачным германским гением» — как раз те самые заостренные стальные штыри с четырьмя продольными проточками в хвостовой части — своеобразными стабилизаторами. По размеру они были чуть больше обычных карандашей.
