Командир разделил отряд на две группы: одна отправилась прочесывать хаты полумертвой деревеньки, а вторая скрытно рассредоточилась вокруг развалин машинно-тракторной станции. Камуфляж комплектов «Ратник» надежно скрывал республиканский спецназ не только от глаз противника, но и от его инфракрасной оптики. Погода, кстати, была как по заказу — низкая облачность и противный моросящий дождик. Ожидать внезапного нападения, тем более — с воздуха, могли только полные параноики.
— Внимание, мы на позиции, — доложил командир разведгруппы.
— Вас понял, занял позицию для запуска «Ведьмы», — ответил старший лейтенант Селезнев.
Пара ударных вертолетов Ми-28 Н зависла, скрывшись за поросшими лесом холмами. Радиолокаторы они не включали, обходясь электронно-оптическим комплексами «день-ночь». Влад щелкнул тумблером, и автоматизированная система сама удерживала вертолет в заданной точке в режиме зависания. Вертолетчики ждали подтверждения от наземной группы.
— Прием, докладывает «Группа-2». Восемь вооруженных людей заняли пустующую хату в центре села, во дворе стоит джип с крупнокалиберным пулеметом в кузове. Дом нежилой, постояльцев там нет. В соседних домах жильцов тоже не наблюдаем.
— На связи «Группа-1», в развалинах машинно-тракторной станции, в ангаре два вооруженных джипа, в двухэтажном здании конторы рядом — полтора десятка «бандерлогов». Часовых снимем сами.
— Вас понял, я Селезень, прием. Запускаем «Ведьм».
Часовой на посту, сорокалетний мужик из Дрогобыча, отец двоих детей, неторопливо прохаживался от двухэтажного дома бывшей конторы до полуразвалившегося ангара, в который загнали два вооруженных джипа. Он воевал уже несколько лет, с тех пор как в «котле» Дебальцево зимой 2015 года сгинул его двоюродный брат. Настал его черед взять в руки автомат и пойти платить собственной жизнью воинскую повинность. Сделал он это безропотно, как и многие его знакомые. Приходила повестка, и под дружный рев родни очередной «герой АТО» уезжал на Восток, туда, где алели башни Кремля и высились трубы заводов, шахтные копры и терриконы. Чаще всего возвращались такие «герои АТО» в деревянных ящиках, профессия плотника на Украине с некоторых пор стала высокооплачиваемой, а от заказов отбоя не было. Если возвращался живым, да еще и с полным комплектом конечностей, то начинал пить горькую. Утешением служила, в лучшем случае, медалька «Участнику АТО» из дешевого сплава. Продавались такие медальки с чистыми документами в интернет-магазинах всего за 200 гривен, это примерно 600 российских рублей.
Дядька на посту тяжко вздохнул — нужно было идти не в «Правый сектор»[45], а в Вооруженные силы Украины — тех хотя бы в плен брали. А тут повязали кровью, и теперь уж не отмоешься. Но поначалу дядька из Дрогобыча искренне радовался: в «добровольческом батальоне» и кормили лучше, и обмундирование выдали неплохое. Половину «шмотья» он сразу же отослал посылкой в Дрогобыч. В хозяйстве пригодится, а волонтеры еще теплых вещей пришлют…
Вот только потом пришлось отрабатывать сытный паек и обмундирование. Но тут ему, можно сказать, «повезло» — дядька из Дрогобыча, отец двоих детей, попросту расстрелял на блокпосту «легковушку» с сепаратистами. Они ведь все там «сепары», даже старики, возрастом как его отец и мать, которые решили поехать на «украинскую сторону» за пенсией…
Часовой прислушался: где-то высоко в небе жужжал «беспилотник». Это было плохо, потому что маленький самолетик мог засечь их местоположение. Но реальность превзошла все ожидания «западенца»: перед тем как получить 9-миллиметровую пулю из бесшумного «Винтореза», он успел заметить вспышку в облаках и стремительно летящую вниз огненную комету!
Визуальные данные с телекамер барражирующей «Ведьмы» передавались не только на экран штурмана-оператора вертолета Ми-28 Н, но и на нашлемный дисплей-монокуляр боевой экипировки «Ратник» командира группы республиканского спецназа. В свою очередь, он через «Ведьму», как через ретранслятор, передал на борт ударных вертолетов уточненную информацию о местоположении целей.
— Провожу запуск! — сообщил старший лейтенант Климов.
Два барражирующих над моторно-тракторной станцией «умных» боеприпаса показали свою изменчивую, «ведьмовскую» натуру! Пиропатроны отстрелили широкие крылья вместе с хвостовыми модулями, и на заранее разведанные цели обрушились твердотопливные ракеты с осколочно-фугасными боеголовками. Обветшалое двухэтажное здание конторы и такой же ангар для техники превратились в пылающие руины от молниеносного удара с воздуха.
Как только прогремели взрывы, в атаку пошел республиканский спецназ. Уцелевшие бандеровцы в панике открыли огонь во все стороны и тем подписали себе смертный приговор. «Волкодавы» ДНР ударили сосредоточенным кинжальным огнем, электронно-оптические прицелы на бесшумных автоматах и нашлемные монокуляры-визиры позволяли не тратить зря боекомплект.
