– Конечно, я не раз слышала и о вас, и о вашем знаменитом коллеге мсье Пуаро. Вы ведь вместе с ним порой творили настоящие чудеса, не так ли? Как это предусмотрительно со стороны мужа – сразу же обратиться к вам! Вы хотите о чем-то спросить меня? Понимаю, это ведь самый простой и быстрый способ разобраться в том, что произошло в ту кошмарную ночь.
– Спасибо, миссис Хеверинг. Итак, приступим. В котором часу в вашем доме появился тот человек?
– Должно быть, незадолго до того, как пробило девять. Мы только что пообедали и сидели за кофе и сигаретами.
– А ваш муж уже уехал в Лондон?
– Да. Он отправился поездом 6.15.
– Он взял машину или отправился на станцию пешком?
– Видите ли, мы оставили свою машину в городе. Пришлось вызвать такси из Элмерс-Дэйл.
– Скажите, как вам показалось, мистер Пейс был в хорошем настроении?
– Вполне. Я бы сказала, совершенно такой же, как всегда.
– А теперь попрошу вас как можно подробнее описать того мужчину.
– Боюсь, тут я вряд ли смогу вам помочь, я-то ведь его не видела. Миссис Миддлтон провела его сразу в оружейную, а потом отправилась доложить дяде о его приезде.
– И что на это сказал ваш дядя?
– Мне показалось, он встревожился, но тут же встал и пошел за ней. Прошло всего минут пять, и я услышала их сердитые голоса. Они говорили очень громко, будто ссорились. Я выбежала в прихожую и чуть было не столкнулась с миссис Миддлтон. И тут прогремел выстрел. Дверь оружейной была заперта на ключ, поэтому нам с ней пришлось обежать дом, и только там мы увидели открытое окно. Конечно, это заняло какое-то время, поэтому убийца, к сожалению, успел убежать. Мой бедный дядя… – голос ее предательски дрогнул, – лежал на полу с простреленной головой! Я тут же послала миссис Миддлтон за полицией. Поверьте, капитан Гастингс, я вела себя очень осторожно: ни к чему не притрагивалась, так что все в комнате осталось точно так же, как было.
Я одобрительно кивнул.
– Не знаете ли, из какого оружия был убит ваш дядя?
– Что ж, об этом нетрудно догадаться, капитан Гастингс. На стене в оружейной висела пара пистолетов, принадлежащих моему мужу. Один из них пропал. Я обратила внимание инспектора на этот факт, и он забрал второй пистолет с собой. Ну а когда удастся извлечь пулю, тогда, думаю, они установят наверняка, из чего стреляли.
– Могу ли я осмотреть оружейную?
– Пожалуйста. Полиция уже там закончила. И тело тоже уже унесли.
Она проводила меня на место трагедии. Как раз в эту минуту в дом вошел Хеверинг. Поспешно пробормотав извинения, жена бросилась к нему. Я понял, что дальнейшее расследование мне предстоит проводить в одиночку.
Что ж, признаюсь честно, результаты оказались обескураживающие. Во всех известных мне детективах сыщик непременно находит хоть какой-нибудь след. Здесь же, сколько я ни старался, мне не удалось обнаружить ничего, что дало бы мне ключ к разгадке, кроме разве что большого пятна крови на ковре в том самом месте, куда, как я понял, и упал убитый. Я обследовал все с величайшей скрупулезностью, даже несколько раз сфотографировал комнату небольшим фотоаппаратом, который предусмотрительно захватил с собой. Столь же тщательно я осмотрел землю под окном, но она оказалась просто-таки утрамбованной невероятным количеством ног, так что в конце концов я смирился с мыслью, что ничего там не найду. Да, похоже, я видел все, что можно. Поэтому я решил не терять времени зря, а отправиться прямиком в Элмерс-Дэйл и побеседовать с Джеппом. Конечно, предварительно я зашел попрощаться с хозяевами и уехал на станцию на той же самой машине, которая и привезла нас сюда.
Джеппа я обнаружил в трактире «Мэтлок-Армс». Он собирался осмотреть тело и любезно согласился взять меня с собой. Покойный Херрингтон Пейс оказался невысоким, тощим, чисто выбритым мужчиной – словом, типичным американцем, по крайней мере с виду. Пуля попала ему в затылок. Судя по всему, стреляли с близкого расстояния.
– Отвернулся на минуту, – объяснил Джепп, – а тот схватил пистолет и выстрелил. Тот, что показала миссис Хеверинг, был заряжен, следовательно, и второй тоже. Просто уму непостижимо, что за штучки иной раз выкидывают, казалось бы, умные люди! Нет, подумать только: повесить на стену два заряженных пистолета.
– Ну и что вы думаете об этом деле? – спросил я, когда мы покинули это мрачное заведение.
