На верхней полке гардероба миссис Оливер находилось четыре шляпы. Две из них явно предназначались для посещения свадебных церемоний, когда шляпа является необходимостью. Первая, украшенная перьями, плотно прилегала к голове и идеально подходила для перехода из автомобиля в церковь или, как все чаще бывает в наши дни, в регистрационную контору во время внезапно хлынувшего ливня. Вторая, более изысканная, соответствовала бракосочетанию в летний субботний день. Она была покрыта желтой сеткой с прикрепленной к ней мимозой.
Две другие шляпы имели более универсальное предназначение. Одна, которую миссис Оливер именовала «шляпой для деревенского дома», была изготовлена из светло-коричневого фетра, подходящего к твидовому костюму практически любого фасона, и обладала полями, которые можно поднимать и опускать по желанию.
Миссис Оливер располагала теплым кашемировым свитером и тонким пуловером для более теплых дней, по цвету подходившими к вышеописанной шляпе. Но если оба свитера были ношеными, то шляпа оставалась практически новой. В самом деле, зачем надевать шляпу, если едешь на пикник с друзьями?
Четвертая шляпа была самой дорогой и, возможно, именно поэтому самой прочной из всех. Она не имела полей и состояла из нескольких полос бархата, различных по цвету, но одинаково блеклых, что позволяло носить ее с чем угодно.
Подумав, миссис Оливер решила обратиться за помощью.
– Мария! – окликнула она. – Подойди на минутку.
Мария повиновалась. Она привыкла, что хозяйка советуется с ней по поводу одежды.
– Собираетесь нацепить вашу хорошенькую шляпку? – осведомилась Мария.
– Да, – ответила миссис Оливер. – Как по-твоему, ее лучше надеть вот так или наоборот?
Мария шагнула назад и окинула хозяйку взглядом.
– Вы ведь надели ее задом наперед, верно?
– Знаю, – кивнула миссис Оливер. – Но я подумала, что так она выглядит лучше.
– Почему она должна выглядеть лучше задом наперед?
– Очевидно, так задумано. Но это должно быть задумано не только мной, но и магазином, который ее продал.
– И все-таки почему вам кажется, что так лучше? – допытывалась Мария.
– Потому что таким образом достигается сочетание синего и темно-бордового, которое мне нравится больше, чем зеленое с красным и шоколадно-коричневым.
Миссис Оливер перевернула шляпу, потом надела ее боком – последнюю позицию не одобрили ни она, ни Мария.
– Широкой стороной вперед вам не идет. Впрочем, это никому бы не пошло.
– Ты права. Пожалуй, я надену ее как полагается.
– Так всегда надежнее, – согласилась Мария.
Миссис Оливер сняла шляпу. Мария помогла ей надеть хорошо скроенное шерстяное платье красно-коричневого оттенка и приспособить шляпу в правильном положении.
– Вы выглядите такой нарядной, – сказала Мария.
Миссис Оливер больше всего нравилось в Марии то, что она пользовалась малейшим предлогом для похвалы и одобрения.
– Собираетесь произнести речь на завтраке? – спросила Мария.
– Речь?! – В голосе миссис Оливер послышался ужас. – Конечно нет! Ты знаешь, что я никогда не произношу речи.
– Ну, мне казалось, что так всегда бывает на литературных завтраках. Вы ведь туда идете, верно? Знаменитые писатели 1973 года – или какой там сейчас год?
– Мне незачем произносить речи, – сказала миссис Оливер. – Там найдутся другие, которым это нравится и у которых это куда лучше получается.
– А я уверена, что вы произнесли бы отличную речь, если бы захотели, – возразила Мария, пробуя себя в роли искусительницы.
– Нет, – покачала головой миссис Оливер. – Я знаю, что умею делать и что нет. Речи произносить я не умею. Я начинаю нервничать и, возможно, стану заикаться или повторять одно и то же. При этом я бы не только чувствовала себя глупо, но наверняка бы и выглядела так же. Не то чтобы мне было трудно подбирать слова. Я могу сколько угодно писать, диктовать или наговаривать на диктофон, но только не произносить речи.
– Надеюсь, все пройдет хорошо. Даже уверена. Завтрак будет шикарный?
– Еще какой, – унылым голосом отозвалась миссис Оливер.
«Почему я должна идти туда?» – с тоской думала она, всегда предпочитая знать заранее причины своих поступков, а не обдумывать их впоследствии.
– Полагаю, – промолвила миссис Оливер, обращаясь к самой себе, а не к Марии, поспешившей в кухню на запах варенья, кастрюлю с которым она поставила на плиту, – мне просто хочется посмотреть, что собой представляет литературный завтрак. Меня всегда на них приглашают, но я еще ни разу туда не ходила.
