Вообще-то, у Новых шахт было два ствола на расстоянии примерно километр друг от друга, – но дальним не пользовались уже лет пять, и он стоял законсервированный; надствольный корпус был закрыт и неприступен – вплоть до того, что окна замуровали бетоном. Главный же ствол был вот он, рельсы вели из ворот к элеватору, и вся погрузочная площадка ярко блестела. Было тихо, и как-то не по-хорошему тихо. Поэтому Лимон оставил Сапога и Пороха при машине, штатских и раненом (Ин-Пи таковым уже не считался), а сам в сопровождении Князя, Зее, Лауна, Эрты и Ин-Пи направился внутрь корпуса. Расстояния здесь были обманчивые, здание приближалось медленно. По мере приближения становилось видно, какое оно обшарпанное. Ну да, соль разъедает всё… и только люди крепчают.
Тронутые ржавчиной ворота, в которых могли разъехаться два большегрузных аккумобиля, были раздвинуты во всю ширь и зачем-то ещё подпёрты камнями. Лимон вошёл внутрь и, держа руку на автомате, стал ждать, когда глаза привыкнут к полумраку. Он уже почему-то не сомневался, что внутри кто-то есть. Хотя не раздалось ни шороха, ни стука, и мягкий свет из застеклённого шатрового фонаря на крыше падал вертикально вниз, освещая какую-то выгородку с опущенным полосатым шлагбаумом.
Вот там, позади этой выгородки, точно кто-то был. Никакого движения, никакого звука… но Лимон поднял автомат, передёрнул затвор и прицелился.
– Кто там? – спросил Князь.
– Ещё не знаю… Эй! Выходи с поднятыми руками! Стреляю, потом бросаю гранату! Считаю до трёх…
А вот теперь что-то шевельнулось… скользнуло… и Лимон вдруг увидел буквально в двух шагах от себя грязно-белого пса с чёрными очками вокруг глаз…
– Илир! – воскликнул он.
Пёс кивнул, развернулся и потрусил обратно.
– Кто это? – ошеломлённо спросил Князь.
– Собака Рашку. Их Поль разводил, только всех поубивали… а этот как-то уцелел.
Позади шлагбаума на бетоном полу лежала массивная ребристая стальная плита; от четырёх колец по углам её к кран-балке тянулись провисшие тросы.
– Ох ты, – сказал подошедший Ин-Пи. – Это же водяной затвор. На случай затопления. То есть наоборот… ну, если дамбу прорвёт.
– Или взорвут, – сказал Князь раздумчиво.
– А так клеть вот тут и была, на этом месте. То есть лестница на нижний ярус, а там уже клеть… – продолжал Ин-Пи. – Я помню.
– Вон там – пульт управления, – показала Зее.
– Странно, что верхняя бригада куда-то делась, – сказал Князь. – То есть они закупорили ствол, а сами…
– Они могли спуститься в храм, – сказал Лимон. – Ну, в склад. Сколько их должно было быть? – спросил он Зее.
– Пять человек, – сказала она. – Иногда четыре. Если нет отгрузки.
– Там отдельный лифт? – спросил Князь, обращаясь к Зее. – Я там был всего один раз, – пояснил он, как бы оправдываясь, – не запомнил…
– Вон, слева, – показала она. – Такая труба…
– А пульт управления?
– Там же, рядом…
Они подошли к пульту. Два чёрных старообразных экрана с закруглёнными углами, множество циферблатов – больших, маленьких, круглых, полукруглых, секторных, – кнопки, тумблёры, рычажки…
– Ин-Пи, вы что-нибудь понимаете? – спросил Лимон.
– Только то, что тут всё обесточено, – медленно сказал тот, водя перед мёртвым пультом толстым искалеченным пальцем. – И реактор заглушен. Боюсь, что…
– Когда мы брали бандитов, в столовой горело электричество, – сказал Лимон.
– Могла быть аварийка, а скорее всего, бытовые помещения запитаны от местной линии, от ГЭС.
– От той, что на верхней дамбе? – спросил Князь. – Она что, всё ещё работает?
– А что с ней сделается? Санаторий-то она питает, потом проложена линия в горы – наверное, к заставе, не знаю, – и другая линия сюда и дальше – тоже точно не знаю куда, думаю, что к ближайшим фермам…
– Но мощности, чтобы запустить кран и клеть – там хватит или нет?
– А вот не знаю, надо разбираться – да и повспоминать. Я лет шесть как с шахты ушёл… Вы меня пока не отвлекайте, я тут полазаю.
– Пойдёмте посмотрим на лифт, – сказал Лимон.
Лифт, ведущий в подземный храм то ли Творца, то ли Хранителя, сохранил какой-то намёк на парадность: шахта его снаружи была облицована листами полированной бронзы. Бронзу с одного края пытались оторвать, но у воров что-то не заладилось. Дверь шахты была обычная, раздвижная. Лимон сунул клинок ножа в щель, повернул. Для виду посопротивлявшись, створки начали разъезжаться – а потом поддались и распахнулись. Он вовремя раскинул руки. Из шахты потянуло знакомой трупной вонью – причём сильно, резко, аж заслезились глаза.
Увы, ничего не было видно. Темно.
– У меня есть фонарик, – сказал Князь. Лимон охотно отодвинулся.
– Лифт вижу, до него метров десять, – сказал Князь. – И… двое… нет, трое мёртвых на крыше.
– Спрыгнули неудачно? – предположила Зее.
– Не знаю, – сказал Князь. – Скорее наоборот – пытались выбраться, но сорвались. Тут джакч уцепишься…
– А лестницы разве нет? Положена, вроде.
– Да вон она, как раз по ту сторону кабины…
Теперь Лимон разглядел скобы.
– Они поднялись по скобам, а потом пытались изнутри открыть дверь, – сказал он. – И свалились… по очереди…
– Наверное, так, – согласился Князь. – По крайней мере, это был не газ.
