— Я вернулся в свое агентство подождать тебя, сразу, как обнаружилось убийство, — быстро заговорил Пол Дрейк. — Пока я ждал, вошла молодая женщина. Она была хорошо одета, привлекательна, но вот смотрела как-то странно… Не могу описать тебе как, но мне не понравилось. Она сообщила, что знает об убийстве Пэттона и…
— Подожди, — перебил его адвокат. — Откуда, шут бы ее взял, она в то время уже знала?
— Не знаю, я только передаю тебе то, что она говорила.
— Ты спрашивал ее — откуда?
— Да.
— И что же?
— Она рассмеялась мне в лицо и высокомерно сказала, что я должен слушать, но ничего не спрашивать.
— Как ее зовут?
— Она назвалась Верой Куттер. Где живет, не сказала. Говорила, что свяжется со мной, когда ей будет нужно; что я не должен и пытаться найти ее. И главное, мол, знает, что Маджери Клун замешана в убийстве, а она дружна с Маджери, и…
— Подожди. Давай разберемся. Ей двадцать четыре — двадцать пять, светло-карие глаза, волосы цвета красного дерева, лицо загорелое и…
— Нет, это не Тэльма Бэлл, если ты ее имеешь в виду. Я знаю ее приметы, потому что мой человек встречался с ней, чтобы выяснить адрес Пэттона. А этой около двадцати четырех, брюнетка, живые черные глаза, длинные тонкие руки, белая как мел кожа и…
— А ноги? — неожиданно спросил Перри Мейсон.
— В смысле? — Пол Дрейк уставился на него.
— Ну, хорошенькие ли у нее ножки и любит ли она их выставлять?
Пол Дрейк оторопело глянул на адвоката, отыскивая в его глазах лукавые искры.
— Я серьезно, Пол.
— Не понял?
— Все наши контакты с Пэттоном ведут к девушкам, у которых, как правило, совершенно прелестные ножки. Их снимали для всевозможной рекламы, — объяснил адвокат. — И меня интересует, могла ли эта особа быть связана с Пэттоном.
— А, я понял… Да, у нее действительно хорошенькие ножки, и она любит закидывать одну на другую…
— Продолжай.
— Эта женщина предложила мне защищать интересы Маджери Клун. Мне показалось, что она как-то чрезмерно много знает. Говорила, что у доктора Дорэя ужасный характер; что доктор Дорэй ревновал к Пэттону, пока тот был в Кловердале, и что, наконец, Дорэй приехал сюда не помочь Маджери, а убить Пэттона.
— И ты позвонил Брэдбери? — спросил Перри Мейсон.
— Да еще при этой высокомерной посетительнице. Я застал Брэдбери в его отеле, объяснил ситуацию и спросил, могу ли принять предложение. Сначала он был против; хотел, чтобы я работал только на него, а не на какую-то женщину. Она слышала наш с ним разговор и тут же вставила, что я могу все докладывать Брэдбери; а она, мол, хочет лишь удостовериться, что правосудие свершилось и ей только за этим и надо быть в курсе событий.
— Ты передал это Брэдбери?
— Да.
Перри Мейсон задумчиво постукивал пальцами по стеклу, за которым проплывали яркие в ночной темноте огни. Вдруг он повернулся к Полу Дрейку.
— Это все объясняет, — сказал Мейсон.
— Объясняет что?
— Штрафной талончик на машине Дорэя…
— Скажи мне, этот автомобиль чем-нибудь интересен?
— Да. Это такое двухместное чудовище, напичканное бог знает чем: и звукоприемники, и почему-то множество фар. Доктор Дорэй решил покрасоваться здесь на своем монстре. Ты знаешь, Кловердаль — маленький городок, и…
Перри Мейсон постучал по стеклянной перегородке, привлекая внимание водителя:
— Я здесь выйду. Пол, ты вернешься к себе в контору?
— Да.
— А эта особа там?
— Была там, когда ты звонил. Собиралась дождаться меня.
Таксист остановил машину и открыл дверцу.
— Слушай, Перри, — забубнил Пол, — мне ужасно жаль, что так получилось. Если это как-то изменит дело, я верну ей проклятые двести баксов и выставлю дамочку за дверь. Мне нужны деньги, но когда от них страдают наши отношения…
— Пол, — засмеялся Перри Мейсон, — если тебя действительно мучает совесть, можешь расплатиться за такси.
Он захлопнул дверцу и, когда машина свернула за угол, быстро зашагал к примеченному им ночному ресторанчику с заметным в темноте указателем: «Телефоны». Он прошел к телефону и набрал номер.
— Расследовательское бюро, — ответил сильный женский голос.
— Кто сейчас работает?
— Мистер Сэмьюлс.
— Свяжите меня с ним. Это Мейсон, адвокат, он меня знает…
В трубке что-то протрещало, и послышался шелковый голос Сэмьюлса:
— Добрый вечер, адвокат. Чем мы сможем помочь вам?
— Мне нужно кое-что быстро выяснить. В сыскном агентстве Дрейка сидит женщина, она сейчас разговаривает с Полом Дрейком. Ей двадцать четыре — двадцать пять, без особых примет, с хорошей фигурой, брюнетка, черные глаза. Она скоро уйдет оттуда. Я хочу знать, куда она пойдет и что будет делать. Я хочу, чтобы вы не спускали с нее глаз ни днем, ни ночью. Возьмите столько ребят, сколько понадобится. О расходах не беспокойтесь. По почте никаких сведений не посылайте. Я сам буду звонить, когда мне понадобится. Чтобы никто об этом не знал! Начинайте!
Голос на другом конце провода быстро продиктовал кому-то:
— Двадцать четыре — двадцать пять, непримечательная, брюнетка, черные глаза. В офисе сыскного агентства Пола Дрейка…
— Действуйте, — сказал Перри Мейсон.
Он вышел на улицу, заметил зеленый свет проезжающего такси и махнул рукой:
— К «Джилрой-отелю», и поживее.
