— Вероятно, его не отпустят, — ответил Мейсон. — Но я хочу заставить их действовать и предъявить ему обвинение. Они, как видно, не хотят предъявлять прямо сейчас обвинение в убийстве, но мы их активизируем при помощи хабеас корпус.
Помощник взял бумаги и вышел. Мейсон повернулся к Делле Стрит:
— Ты попросила Пола Дрейка прийти?
— Да, я сказала ему, чтобы он шел прямо сюда. Он сейчас будет… А вот и он!
Делла пересекла кабинет, отперла застекленную дверь, и на пороге появился улыбающийся Пол Дрейк.
— Есть проблемы? — спросил он, усаживаясь в кресло своим особым способом: ноги перекинуты через один подлокотник, спина оперлась о другой.
— Есть, — ответил Мейсон. — Это Фенвик.
— Что насчет нее?
— Что-нибудь одно из трех: или ее похитил убийца, или произошел несчастный случай, или она просто удрала. Убийца не знает ее, он не разглядел ее. Если бы произошел несчастный случай, полиция к этому времени уже обнаружила бы ее. По-моему, она просто удрала.
— Все это можно предполагать, если она сказала правду о том, что видела в ночь убийства. Но она могла скрыться и потому, что знает кое-что насчет Дика.
Мейсон кивнул.
— В дверь приемной Бассета вставлено зеркальное стекло. Когда ее стукнули, она потеряла сознание. Вставая потом с кушетки, пошатнулась и обеими руками оперлась о стекло. Она оставила на нем десять отличных отпечатков пальцев. Мне думается, у нее были сердечные мотивы для бегства. Или она помогает кому-либо, или скрывает что-то. Может быть, у нее просто есть основания бояться полиции. Она могла, обнаружив, что Хартли Бассет убит, взять деньги у него из кармана, стукнуться головой обо что-то и притвориться потерявшей сознание. Она могла видеть, что это преступление совершил Дик, и убежать, испугавшись возможного допроса. Наконец, она могла оказаться хитрой пронырой с уголовным прошлым. Надо учесть все возможности: проверить дом, проявить отпечатки пальцев на дверном стекле, сфотографировать их и попытаться идентифицировать.
— Это все? — спросил Пол.
— Пока все. Тебе необходимо вплотную заняться этой Фенвик.
Дрейк встал и направился к выходу. У двери он обернулся:
— Слушай, Перри, а есть хоть какой-нибудь шанс, что полиция права и ты прячешь эту женщину?
— Можешь поискать у меня под столом, — усмехнулся Мейсон.
— Сукин сын, если ты гоняешь меня попусту, я перестану тебе доверять.
Дрейк вышел.
— Запиши, пожалуйста, — обратился Мейсон к Делле, — надо узнать, как вставляются искусственные глаза и легко ли они выпадают.
Она сделала пометку в блокноте.
— А что слышно насчет отпечатков ваших пальцев на пистолете? — спросила она.
— Я думаю, это они упустили из виду. У полиции есть отпечатки пальцев всех обитателей дома Бассетов, но о моих они не позаботились.
— Скажите, Гамильтон Бергер — проницательный прокурор? — спросила она.
— Не знаю, пока еще рано говорить о нем. Это первое дело об убийстве, в котором он принимает участие.
— Вы знакомы с ним?
— Я с ним встречался.
— Если он узнает, что вы причастны к исчезновению Фенвик, он предпримет что-нибудь против вас?
— Возможно.
— А что вы можете сделать?
— Сказать ему правду, но этого недостаточно.
— Что вы имеете в виду?
— Если бы я сообщил любому суду на этой зеленой божьей земле, что я захватил важную свидетельницу в деле об убийстве, укрыл ее от властей и отправил к себе в офис, чтобы узнать, что ей известно, и получить ее показания, прежде чем за нее возьмется полиция, а потом попытался рассказать о ее исчезновении неизвестно куда, то для среднего читателя газет это означало бы две вещи: во-первых, что я лжец, а во-вторых, что ее показания имеют решающее значение в деле против моего клиента и я укрыл ее по этой причине.
Делла Стрит сочувственно кивнула.
Загудел зуммер из приемной — Деллу приглашали к телефону по важному делу. Она взглянула на Мейсона, тот кивнул. Делла подняла трубку, послушала и прикрыла мембрану ладонью.
— Это окружной прокурор Гамильтон Бергер. Он в приемной и хочет видеть вас, — сказала она.
— Пригласи его сюда, — сказал он. — И записывай каждое слово. Не думаю, что он станет сознательно извращать сказанное мной, но всегда полезно иметь туза в рукаве.
Делла кивнула и пошла навстречу прокурору.
— Здравствуйте, Мейсон, — приветливо поздоровался вошедший. Он был широкоплечий, с толстой шеей, усатый.
Мейсон тепло приветствовал его, пригласив сесть.
— Это официальный или частный визит? — спросил Мейсон.
— Скорее частный, — сказал Бергер.
Мейсон взял сигареты и предложил их Бергеру, тот закурил и улыбнулся Делле, которая расположилась с блокнотом на дальнем конце стола.
— Разве так необходимо записывать, что я скажу? — спросил Бергер.
— Нужно записывать все мои слова, чтобы потом мне не приписали того, что не было сказано.
Прокурор испытующе посмотрел на адвоката.
— Послушайте, Мейсон, — сказал Бергер, — я должен проверить вас.
— Это меня не удивляет.
— Я слышал, что у вас репутация очень изобретательного человека.
— И вы пришли ко мне, чтобы обсудить со мной мою репутацию? — иронически спросил Мейсон.
— Отчасти и по этой причине.
— Хорошо, давайте обсудим, но выбирайте выражения.
