— Простите, не могу. Знаете, сержант, я редко обращаю внимание на официанток. Помню только, что она была в голубой униформе.
— Они здесь все так одеты. Кто-нибудь из вас обслуживал этого человека? — обратился сержант к девушкам.
— Я обслуживала его, — отозвалась одна из них.
— Да, кажется, вы, — сказал Мейсон. — У меня плохая память на лица. К тому же я был озабочен своими делами.
— Но я вас хорошо помню. Мне не часто дают на чай полдоллара.
Сержант сконфузился. Кассир, который слышал разговор, вмешался:
— Я помню этого джентльмена. Он два раза звонил отсюда по телефону.
— Куда он звонил?
— Звонил какому-то сержанту Голкомбу и прокурору. Я еще подумал, что он детектив.
— Прокурору? — переспросил сержант.
— Ну да, кажется, ему сказали, что сержанта нет, и он позвонил прокурору и попросил прислать сюда человека, который должен присутствовать при его разговоре с парнем по имени Маклейн, вроде бы свидетелем по какому-то делу.
— Так как? — спросил Мейсон. — Поговорим с Гарри Маклейном?
— Я сам поговорю с ним, — огрызнулся сержант, — а вы подождете в коридоре.
Он втолкнул Мейсона в лифт, и они поднялись на девятый этаж. Сержант подошел к комнате номер 904. Он остановился перед дверью и постучал. Ответа не было.
— Стойте здесь, а я пойду к нему, — сказал сержант Мейсону и скрылся в комнате номер 904.
Долго ждать его не пришлось. Бледный сержант быстро вышел и подошел к юристу.
— Он намерен говорить? — обратился к нему Мейсон.
— Нет, не намерен, — мрачно ответил сержант. — Вот что, Мейсон, вы занятой человек. Полагаю, вам лучше вернуться к себе. Я займусь этим делом.
— Но мне хотелось бы повидать Маклейна, — возразил Мейсон.
Гримаса нетерпения исказила черты Голкомба.
— Идите вы к дьяволу отсюда, Мейсон, пока я не разозлился. Я намерен расследовать это дело сам, без ваших манипуляций с показаниями и без исчезающих свидетелей.
— Что случилось? — спросил юрист.
— Ничего бы не случилось, если бы вы не мошенничали.
— В следующий раз я постараюсь заранее предупредить вас, — ответил Мейсон.
Сержант молча вернулся в комнату, закрыл за собой дверь и запер ее.
Мейсон спустился вниз, сел в машину и помчался к себе в контору.
Войдя в комнату Деллы, он сказал:
— Послушай, Делла, нам предстоит серьезная работа. — Только потом он заметил человека, сидевшего в тени.
Пит Брунольд, улыбаясь, встал с кресла и протянул Мейсону руку:
— Поздравляю вас!
— Вы? — удивленно пробормотал юрист. — Почему вы не в тюрьме?
— Меня отпустили.
— Кто?
— Копы. Сержант Голкомб.
— Когда?
— Часа полтора назад. Я думал, что вы знаете об этом. Вы же написали протест. Они пока не захотели выдвигать против меня никаких обвинений и выпустили.
— Где Сильвия Бассет?
— Не знаю. Думаю, что она у прокурора и ее допрашивают.
— Самое неприятное, что могло случиться, произошло: они выпустили вас из тюрьмы, — медленно сказал Мейсон. — Вам надо уйти отсюда. Идите в отель и зарегистрируйтесь под своим именем. Затем быстро позвоните прокурору и скажите, что вы в отеле.
— Но зачем мне звонить прокурору? Он же не…
— Потому что я так хочу! Какого черта вы не слушаетесь меня? Делайте то, что вам сказано. Каждая потерянная минута может принести непоправимую беду. Я считал вас в безопасности в тюрьме, а теперь каждую минуту…
Дверь распахнулась без стука, и в комнату вошли двое мужчин.
— Пошли, парень! — сказал один из них Брунольду.
— Куда?
— Мы из офиса окружного прокурора, — сказал мужчина. — Он хочет поговорить с тобой прямо сейчас, и никакой крючкотвор тебе не поможет.
— В чем его обвиняют? — спросил Мейсон.
— В убийстве.
— Брунольд, не отвечайте на вопросы, не говорите им…
— Он ответит на все вопросы, — сказал один из вошедших, — иначе его обвинят в том, что за полтора часа свободы он успел убить человека. Теперь на его совести смерть двух человек.
— Двух? — спросил Брунольд.
— Да. И оба раза они держали в руках стеклянные глаза. Это какая-то эпидемия. Ну, пошли с нами!
Дверь за ними захлопнулась.
Делла Стрит вопросительно посмотрела на Мейсона.
Мейсон подошел к сейфу, открыл его и достал коробку, в которой лежали стеклянные глаза. На полке в стенном шкафу нашел металлическую ступку с пестиком. Один за другим он бросал стеклянные глаза в ступку и толок их в мелкую пыль.
— Делла, — сказал он, — последи, чтобы никто сюда не влез.
Перри Мейсон внимательно изучал молодую темноглазую и темноволосую женщину, сидевшую напротив него. Рядом стояла Делла Стрит и с беспокойством смотрела на Мейсона.
— Подойдет она? — спросила Делла.
Перри Мейсон оценивающе посмотрел на девушку:
— Ваше имя?
— Тельма Бевинс.
— Возраст?
— Двадцать семь лет.
— Профессия?
— Секретарь.
— Давно без работы?
— Да.
— Вы согласны сделать все, что потребуется?
— Это зависит от того, что потребуется.
Мейсон молча смотрел на нее. Она распрямила плечи, вздернула подбородок и сказала:
— Я согласна на любую работу.
— Вот это уже лучше, — заметил Мейсон.
— Я получу работу?
— Да, если вы согласитесь в точности выполнять мои указания. Вы сможете следовать инструкциям?
— Это зависит от инструкций, но я постараюсь.
— Вы можете сохранять спокойствие, что бы ни случилось?
