— Господи Иисусе! — Крейг с трудом сдержался. Ему хотелось сказать ей, что она полная идиотка, но ведь этим делу не поможешь. Какое-то время он молчал. Ему вспомнилось, как он целовал ее, и злость на нее прошла. Ярость исчезла, и он обнял ее. — Ладно, — сказал он. — Не важно.
Она положила голову ему на грудь.
— Извини.
— Давай подумаем о чем-нибудь еще.
— В доме должны же быть телефоны или зарядное устройство, которым мы могли бы воспользоваться.
Он покачал головой:
— У нас с Каролиной нет мобильников: мама не позволяет нам их иметь. Сама не ходит в туалет без мобильника, а нам говорит, что он нам не нужен.
— У Тома мобильника нет. Миранда считает, что он для этого слишком мал.
— Вот черт.
— Стой! — Она отодвинулась от него. — Разве нет мобильника в машине твоего деда?
Крейг щелкнул пальцами.
— В «феррари» — точно! И я оставил в машине ключи. Нам надо только добраться до гаража, и мы сможем позвонить в полицию.
— Ты хочешь сказать, что нам снова придется выйти на улицу?
— Ты можешь остаться здесь.
— Нет. Я лучше пойду.
— Ты же будешь не одна — тут Каролина и Том.
— Я хочу быть с тобой.
Крейг постарался не показать, как ему это понравилось.
— В таком случае надевай снова куртку.
Софи слезла с батареи. Крейг поднял ее куртку с пола и помог ей одеться. Она посмотрела вверх на него, и он постарался ободряюще ей улыбнуться.
— Готова?
К ней более-менее вернулось ее обычное настроение.
— Угу. А что может с нами случиться? Нас могут убить — только и всего. Пошли.
Они вышли во двор. Было по-прежнему темно, и шел сильный снег — снежинки кололи иголками, а не летели тучами бабочек. Крейг снова бросил взволнованный взгляд через двор в направлении дома, но, как и раньше, ничего не увидел, а это значило, что незнакомцы, находящиеся на кухне, тоже не увидят его. Он взял Софи за руку. Ориентируясь по фонарям на дворе, Крейг повел Софи к дальнему от дома концу сарая, а потом пересек двор к гаражу.
Боковая дверь была, как всегда, не заперта. Внутри было так же холодно, как и на дворе. Окон в гараже не было, поэтому Крейг рискнул включить свет.
«Феррари» дедушки стоял там, где его поставил Крейг, — у стены, чтобы скрыть вмятину. В памяти вспыхнули чувство стыда и страх, которые овладели им двенадцать часов назад, когда он врезался в дерево. Сейчас ему казалось странным, что он настолько встревожился и испугался из-за такого пустяка, как вмятина на машине. Он вспомнил, как ему хотелось произвести впечатление на Софи и понравиться ей. Это было совсем недавно, а казалось, происходило в далеком прошлом.
В гараже стоял и «форд-мондео» Люка. А «тойоты-лендкрузера» не было: по-видимому, Люк взял ее вчера вечером.
Крейг подошел к «феррари» и нажал на ручку. Дверца не открывалась. Он снова попытался открыть ее, но она была заперта.
— А, черт, — в волнении произнес он.
— В чем дело? — спросила Софи.
— Машина заперта.
— Ой, нет!
Крейг заглянул внутрь.
— И ключи исчезли.
— Как же это могло случиться?
Крейг от досады ударил кулаком по крыше машины.
— Должно быть, Люк вчера, прежде чем уехать, заметил, что машина не заперта. Он, наверное, вынул ключи из зажигания, запер машину и отнес ключи назад в дом.
— А как обстоит дело с другой машиной?
Крейг открыл дверцу «форда» и заглянул внутрь.
— Здесь телефона нет.
— А мы не можем добыть ключи от «феррари»?
Крейг состроил гримасу.
— Возможно.
— Где их хранят?
— В шкафу для ключей на стене коридорчика, где стоят сапоги.
— За кухней?
Крейг кивнул с мрачным видом.
— Примерно в двух ярдах от этих людей с пистолетами.
Снегоочиститель медленно продвигался в темноте по двухполосной дороге. «Ягуар» Карла Осборна следовал за ним. Тони сидела за рулем «ягуара», вглядываясь в густо падающий снег, который с трудом счищали дворники. Картина перед ветровым стеклом не менялась. Впереди горели, вспыхивая, огни снегоочистителя; на стороне Тони высилась насыпь снега, которую отбросил и сгреб нож снегоочистителя; на другой стороне, насколько хватало света фар, лежал нетронутый снег на дороге и на пустоши.
Мама спала в глубине машины, держа на коленях щенка. Сидевший рядом с Тони Карл то ли дремал, то ли дулся. Он сказал Тони, что терпеть не может, когда кто-то другой ведет его машину, но она настаивала, и он вынужден был сдаться, поскольку ключи от машины были у нее.
— Ты никогда не уступаешь ни дюйма, верно? — буркнул он и погрузился в молчание.
— Потому-то я такой хороший полицейский, — сказала она.
Из глубины машины мать произнесла:
— Потому у тебя и мужа нет.
Это происходило час назад. А сейчас Тони боролась со сном, нападавшим на нее от гипнотизирующего движения дворников, тепла в машине и однообразия вида за стеклом. Она чуть ли не жалела, что не позволила Карлу вести машину. Но ей надо было контролировать ситуацию.
